— Хорошо, — Имир потёр пальцами седые виски и прикрыл глаза, стараясь переварить произошедшее, — допустим, это всё же правда…

— В смысле «допустим»? Ты обалдел старик? Вот он я…

— Рот закрой, щенок, когда старшие говорят. Как. Такое. Возможно. Почему сейчас? И если это и правда ты, то, где тогда Елена и Ренард? Почему вернулся лишь ты, а не вы втроём?

— А я понятия не имею, — пожал плечами Алекс, не собираясь говорить, что вернулся он не совсем в одиночку.

Стоящая за спиной Имира Елена улыбнулась, глядя ему в глаза.

— Нет, — продолжил он, — серьёзно. Я сам не знаю ответов на большую часть заданных тобой вопросов. Последнее, что помню, как Роджер воткнул свой меч мне в сердце. А затем бац, — Алекс щёлкнул пальцами, — и я открываю глаза в какой-то поганой пещере в Саудовской Аравии. Двадцать лет — вжух. Как один миг.

Рассказанное не являлось абсолютной истиной, ведь была ещё одна деталь, о которой Алекс умолчал и не собирался кому-либо рассказывать.

— В этом теле? — скривился старик, глядя на висевший плетью пустой рукав, — инвалида без руки?

— А это… Не, это уже я сам, — рассмеялся Алекс, расслабленно сидя в удобном кресле, — по пути потерял, так сказать. Ничего такого, что не исправил бы хороший целитель.

— Ну, если ты пришёл сюда за этим, то спешу тебя огорчить. Таких мастеров у меня нет…

— Да нет, не за этим, — махнул единственной рукой Алекс. — Тут я сам, как ни будь разберусь. Меня интересует другой вопрос. Тут, как я слышал, завтра кое-что интересное будет.

— Ты про аукцион Хазани? — моментально понял о чём идёт речь Бхат, — на кой оно тебе?

— У него мой меч, Имир. И я собираюсь его вернуть.

Недоверчиво покачав головой, Имир поднялся на ноги, опираясь на трость. Старые пальцы с силой сжимали искусно вырезанное навершие из слоновье кости, пока старик сделал несколько шагов по своему кабинету.

— Откуда информация? — просто спросил он.

— Слухами земля полниться, — Алекс взял недопитый бокал с пивом и сделал пару глотков.

— И?

— Что «и»?

— Что ты собираешься делать? — с нажимом спросил Имир, глядя на него.

— Мне нужно попасть внутрь особняка Хазани. Завтра. Когда аукцион будет в самом разгаре.

— Я туда не приглашён, — сразу же сказал старик, — у нас… небольшие деловые разногласия с Хазани, так что похоже, что моё приглашение затерялось на почте. В общем, я сейчас не самый желанный гость в его дворце. Знаешь, если честно, я не очень понимаю в чём проблема. Пойди, да возьми. Или, сдохнув, ты потерял ещё и память? Забыл, кто из нас двоих здесь настоящее чудовище?

Имир произнёс это с улыбкой. В шутку, намекая на прошлое. Но Алекс лишь скривился от этих слов. Сейчас он понимал их совершенно иначе, чем стоящий перед ним старый военный.

— С этим сейчас некоторые проблемы, — осторожно поделился он, — я пока только восстанавливаю свою силу и сейчас не лучшее время для того, чтобы кидаться в драки по типу «сдохни или умри».

— Всё настолько плохо?

Алекс выразительно посмотрел на старого генерала, но сказать ничего не успел. Постучав в дверь, внутрь зашёл человек Имира. Один из тех, кто привёл к нему Алекса сорок минут назад.

— Босс, к вам там человек. Просил передать вот это.

С этими словами он передал Имиру какой-то предмет.

Генерал внимательно осмотрел золотую монету, переданную ему помощником. Щелчком пальца он ловко подбросил её вверх, после чего поймал, раздражённо цокнув языком.

— Знаешь, Александр, мой народ верит в то, что каждую душу ждёт пунарджанма. Перерождение. Круговорот рождения и смерти. Поэтому мы принимаем смерть, как естественный феномен природы. Верим, что каждая душа будет рождаться снова и снова, дабы получать материальное наслаждение в материальном мире. Человек не идеален, и мы всегда будем стремиться к удовлетворению наших материальных желания. Кто бы, что не говорил, но мирские наслаждения всегда будут властвовать над нами. И поэтому, мы будем раз за разом возвращаться в этот мир…

— Ты сейчас к чему начал, старик. И что за монета?

— Не перебивай, — резко бросил ему Имир. — Шанкара, один из святых мыслителей моего народа, считал, что мир, в том виде, в котором мы его воспринимаем — подобен сну. По самой своей природе, этот сон иллюзорен, фальшив и цикличен. Сансара. Бесконечный круг перерождения душ. И каждая душа в этом кругу стремиться не к перерождению, но к тому, чтобы освободиться. Вырваться из бесконечного круга. Разорвать его.

Алекс допил пиво и покачал пустой бокал в руке.