– Проснулась планета? И что же это, игра слов? – искренне удивился император и пристально посмотрел на князя. – Организуйте работу во всех, даже самых старых архивах, изучите забытые легенды и предсказания, но выясните, герцог, что обозначает эта странная фраза.

– Да, мой император, – чётко ответил руководитель Службы безопасности империи, – я лично займусь этим вопросом.

– Займитесь, Винг, – очень тихо проговорил император, – но смотрите, чтобы этот вопрос не перерос в Вашу личную проблему.

Вихревая пси-энергетическая реальность.

Закольцованная временная аномалия.

Духовный дворец Истины Арконов.

Обычные слова низших разумных не могли описать состояние пульсирующего пси-векторного расслоения временных потоков, в котором сейчас находились те, кого очень давно звали Арконами.

Некогда хуманская раса Сеятелей перешагнула в своём стремительном развитии условный уровень Техно три и перешла в энерго-полевую форму, а затем покинула «домашний» веер вселенных.

Когда они достигли всего, о чём только могли мечтать, жизненные циклы потеряли для них всякий интерес. Да и само понятие жизни стёрлось из их памяти. Вечные, невероятно могучие сущности, они обладали неограниченными запасами знаний и отточенной до невероятности техникой познания вселенной. Даже условные игры в живых богов-демиургов довольно быстро наскучили им. Просто неинтересно, когда ты можешь всё. Время, материя, все виды энергии давно подчинились некогда всемогущей цивилизации учёных и исследователей. На какое-то время у них появились могущественные враги, покоряющие целые сектора галактик, но и они быстро кончились.

Единственные, на кого им приходилось оглядываться, это были Арбитры. Но, как все знают, с Арбитрами не поспоришь. Да и сами они никогда не вступали в контакт с другими цивилизациями и расами.

Между двумя старейшими представителями этого островка реальностей состоялся условно-духовный обмен пси-пакетами информации.

– Первый, ты уверен, что есть ещё один носитель нашей крови?

– Ты сам знаешь истину, вопрошающий, – ответил Первый и добавил, – к чему эти вопросы, Второй? Мы с тобой уже давно покинули ту реальность.

– Но как он там оказался? – не унимался Второй. – Мы же убрали сектора восприятия из этого временного цикла и оставили только наблюдателей.

– Наблюдатели тоже ушли, – продолжал Первый. – Некоторые примкнули к нам. Другие создали собственные реальности. Был и тот, кто в одиночку отражал атаки нашего врага и добровольно ушёл в небытие.

– Мы все ясно слышали зов, это был зов именно нашей крови.

– Приксы, мой вечный друг, не оставляют нашей крови, они всегда уничтожают те миры, в которых мы когда-то жили.

– Жили, – задумчиво повторил Второй. – Ты ещё помнишь те времена?

– Ты знаешь, что всё помнить очень трудно. Сохранилась небольшая вероятность того, что кровь оставили наши соседи.

– Ты говоришь о наших добрых друзьях Аррай? Они ведь ушли практически одновременно вместе с нами.

– Значит, там всё-таки осталась наша кровь, – оценил результат пси-обмена Первый.

– Но кто её мог разбудить? Вариантов немного. Либо это сделали Изначальные, либо в ту реальность пришли Арбитры.

Звёздная система Милигау.

Планета Солия.

Территория пустошей.

– Выкинь его нахрен, Ланс! Давай, выбрасывай эту дохлятину. Он своей вонью уже задолбал меня.

– Син, но Док сказал вывезти труп подальше. Может лучше отдадим его мусорщикам на органы? Хоть немного кредов на планетарку сшибём. Он, вроде, ещё дышит.

– Да ты, Ланс, оптимист! После опытов нашего чокнутого Дока ещё никто не выживал. Ему, наверное, какой-то хренью все мозги в капсуле спалило. Давай, сбрасывай эту кучу дерьма. Если он тут ещё хоть немного останется, то я тебя заставлю глайдер отмывать.

– Вон, смотри, сколько здоровенных крыс. Они его за пять минут схарчат без остатка.

Управляющие глайдером условно разумные личности выглядели довольно-таки отталкивающее. Их комбинезоны были старыми и грязными, на них выделялись подозрительные бурые разводы. Помятые и давно небритые лица подчёркивали наличие нездоровых пристрастий у своих владельцев. Конечности нервно дёргались, глаза непрерывно бегали. Завершал картину омерзительнейший запах, который, казалось, сочился из каждой поры их тела.