Мы чокнулись, но пить Борис не спешил, задумчиво покручивая рюмку в пальцах.

– Стоило бы, наверное, сразу поинтересоваться, как ты умудрился влезть в такое дерьмо, – изящно начал он. – Но я не буду. Пока не буду, к этому вопросу надо подойти с нужной стороны. Поэтому начнем с того, что четко сформулируем проблему.

Я истово закивал и опрокинул рюмку в рот. Выдохнул, закусил огурчиком и, еще толком не прожевав, поспешил вставить свою реплику. Так как понимал, что часто мне этого делать не получится.

– А чего тут формулировать? Кто-то хочет меня грохнуть – вот проблема.

Борис, явив разительный контраст со мной, выпил очень аккуратно и неспешно, откушал ложечку салата из рачков и перед ответом выдал снисходительно-язвительную улыбку.

– Тут ты не прав. Хотят тебя грохнуть или собираются сделать это без всякого желания – это вопрос вторичный.

Да, при всей занудливости, Борис все-таки обладает кое-каким чувством юмора. Весьма своеобразным.

– Главная проблема заключается, во-первых, в том, что тебе нужно выжить…

– Знаешь, мне этого «во-первых» вполне достаточно, – фыркнул я.

Но Борис, будто не слыша меня, продолжил:

– А во-вторых, как тебе спокойно спать.

Я заткнулся. Как и в подавляющем большинстве случаев, Борис был прав. Мне все было понятно и без каких-либо пояснений, но педантичный Борис решил расставить точки над i:

– Скажи, тебе страшно?

Долго думать над ответом мне не пришлось.

– До усрачки! – честно признался я. – Причем учти, это я еще выпил…

Борис поморщился – подобного рода просторечья он не любил. Но отвлекаться от лекции не стал.

– Ты, полагаю, размышлял так: до утра как-нибудь перекантуюсь, а там срочно начну вычислять злодея, что посмел на меня покуситься.

Я кивнул и пожал плечами.

– А теперь представь, нашел ты злодея. Более того, обезвредил. Допустим даже, физически устранил, в лучших традициях голливудских боевиков. Сможешь ли ты после этого считать проблему полностью решенной? Сможешь расслабиться и продолжать жить как ни в чем не бывало? Ведь покушающийся на тебя маг мог иметь сообщников. Мог быть частью группы единомышленников или даже простым исполнителем чей-то воли.

Борис говорил все это спокойно так, буднично, без напора. Но меня проняло.

– Спасибо тебе, друг! – с горьким сарказмом сказал я. – Благодаря тебе я понял, что мне еще хуже, чем казалось.

– Не за что, для чего ж тогда нужны друзья, – спокойно ответил Борис. – Но я тебе все это говорю не для того, чтобы усугубить твой страх. Ты должен понять одну вещь. Вопрос «кто?» важен, конечно. Но еще важнее вопрос «за что?».

Я снова пожал плечами.

– За что? Да Бог его знает…

– Бог, он-то, конечно, все знает, только нам не расскажет, – позволил себе легкое богохульство Борис. – Так что давай-ка попробуем сами разобраться. Что ты мог такого натворить… кстати, в это слово я вкладываю не обязательно отрицательный смысл… так вот, что ты такое натворил, что кому-то показался более полезен мертвым, нежели живым.

Ну и формулировочка! Я аж котлетой подавился и какое-то время вынужден был потратить на восстановление дыхания.

– Дурак ты, Мирский, – от души сказал я. – Давай все-таки про меня говорить не как про посторонний предмет.

– Это ты зря, – не без ехидцы отреагировал Борис. – Нужно уметь абстрагироваться от личного и рассматривать ситуацию беспристрастно. Ну да ладно, все-таки: чем ты занимался в последнее время?

– Да ничем! – вполне искренне ответил я. – Ремонтом я занимался. Версию о разъяренных соседях принимать во внимание будем?

Худое интеллигентное лицо Бориса тронула улыбка.

– Отложим на крайний случай. В большие деньги случайно не впутался?

Я покачал головой.

– Увы, нет.

Сказал я это, впрочем, без особого сожаления. Зарабатывал я вполне достаточно для своих не слишком грандиозных потребностей. Мог без ложной скромности поместить себя чуть выше среднего уровня дохода, но для смертельной зависти имелось множество куда более подходящих кандидатов.

– Тебя же никто убивать не собирается? – спросил я Бориса.

Он возглавлял некрупную, но вполне преуспевающую компьютерную фирму и был, думаю, не беднее меня. Квартирку вон, четырехкомнатную прикупил, да еще на Французском… Черт с ним, еще не хватало кошельками мериться.