— Войдите! — тут же послышалось в ответ.

Голос был тихим, но властным. Я хмыкнула и толкнула деревянную створку.

Отец восседал на золочёном кресле у массивного стола с короной на голове. Только вот это был уже не тот здоровый красавец с лёгкой сединой на висках, каким я его запомнила. Теперь он выглядел, как живой скелет, обтянутый дряблой кожей. Его волосы уже полностью поседели, а морщины пролегали так глубоко, что казались почти нарисованными. «Пять лет... Болезнь съела его без остатка. Лишь один взгляд остался прежним», — определила я, немного печально улыбнувшись.

— Я разрешу тебе наиграться в брак с этим эльфом пару месяцев, но потом тебя ждёт настоящий жених, — сказал тот, с порога переходя к делу и не давая вымолвить мне даже слова. Он не поздоровался или не попробовал узнать, как у меня дела, что впрочем, не особо и удивляло. Его голос звучал довольно противно и так скрипуче, словно бы в какой-нибудь механизм насыпали песка.

Усмехнувшись в ответ, я поняла, что отец ничуть не изменился, думая только о себе и прикрываясь заботой о королевстве. «Искусство выворачивать правду выгодной стороной за все годы правления он отточил до совершенства. Вот только меня обвести уже сложно. Я не его сытая и довольная жизнью аристократия, которая чурается копнуть глубже, чем ей комфортно. Мне пришлось опуститься в самые низы общества, чтобы увидеть, как же у нас всё на самом-то деле. И, к слову сказать, результатами нынешнего правления я весьма недовольна», — пришла ко мне мысль, пока я неторопливо прошлась по кабинету, оглядываясь вокруг.

Стоявшие по всему периметру помещения слуги, рабы и стражники, вытянувшиеся на своих местах по струнке, вызывали во мне недоумение. «И зачем ему вся эта мишура? Кому и что он хочет доказать? Может, желает унизить меня прилюдно? Заставить смутиться и испугаться? Так нет, я больше не такая, теперь меня прошибить подобным невероятно сложно. Рабы перестанут меня слушаться? Пару сотен плетей, и всё встанет на свои места! Слуги будут смеяться? Несколько увольнений и особо крупных штрафов, да и дело с концом! Стража прекратит уважать? Что же, уважение заслуживается далеко не досужими разговорами, а делом!» — размышляла я, а потом сухо скомандовала:

— Выйдите все! — Мой голос звучал не менее властно, чем у отца.

«Пора бы всем здесь привыкать, что не только король тут правитель! Принцесса давно уже выросла из пелёнок», — подумала про себя, когда все уставились на немощного старикана, что всю жизнь держал меня в клетке. «Любил он меня. Ага, как же!» — мысленно понимала я, впиваясь взглядом в последнего.

Король кивнул, подтверждая слова, однако мне явственно было видно, как он опасливо покосился на мой пояс, где находились ножны. «Боится меня? Отлично! Пора поменяться ролями!» — с улыбкой вынесла заключение я и, терпеливо дождавшись, пока самый последний раб вышел из кабинета, подошла к двери, плотно прикрывая её и накидывая пару защитных заклинаний, одно из которых не позволяло подслушать нас. В общем-то, я оставалась уверена, что отец предусмотрел подобное, а потому решила подстраховаться. Пара мгновений — и мой взгляд пробежался по полкам кабинета, выискивая записывающие артефакты. «Один, два, три.» — посчитала про себя и коснулась их по очереди магией, выводя из строя, а затем без разрешения уселась в кресло для посетителей.

— Мне ничего не стоит сейчас же развернуться, вернуться на корабль и уплыть в соседнее королевство, — сообщила я, лениво рассматривая сидящего напротив немощного старика, мнящего себя вершителем судеб, и начиная общаться с ним его же личными методами.

Услышав моё заявление, отец скривился и бросил:

— Ты не посмеешь!

Тем не менее мне слышался в его голосе страх.

— Попробуешь выдать меня замуж насильно? — Я лениво и словно бы невзначай коснулась ножен на поясе.

— Я убью твоего эльфа! — Король ожидаемо взбеленился.

Что до меня же, то я целиком доверяла Рею, а иначе бы не отправила с ним Алана. Храбрый гвардеец обязательно должен был сохранить жизнь моему мужу, а ещё позаботиться о его охране. Вдобавок же ко всему прочему, оставалось ведь и кое-что ещё.

— И лишишь моего ребёнка отца? — с усмешкой поинтересовалась я, положив руку на живот, потому что заведомо всё предусмотрела. — Народ не простит тебе этого... А уж я позабочусь о том, чтобы все обо всём узнали.

Моя коварная улыбка, с которой я проговорила обещание, не могла не порадовать папочку. Последний скривился, словно бы ему подали вместо привычной овсянки на завтрак целую тарелку грязи.

— Когда вы успели? — В его голосе звучало удивление.

Пожав плечами, я не пожелала вдаваться в подробности. На начальных сроках он вполне мог попытаться вытравить плод, что можно было провернуть совершенно безвредно для мага.

— Да и к тому же у нас с Аланом вечный брак. Он теперь мой муж навсегда, поэтому тебе придётся попрощаться с планами о моём замужестве! — продолжила я, не без удовольствия ощущая всё нагнетающуюся атмосферу в комнате.

Лицо отца надо было видеть. Он и до этого выглядел неважно, а уж теперь. Я оставалась более чем уверена, что болезнь стала результатом его же грехов перед миром. «Не такой уж он милостивый и великолепный король, каким всегда пытался казаться для народа», — мелькнуло у меня отчётливое понимание, пока в кабинете висела полнейшая тишина.

— Ну так что? Мы договорились? — спросила я у него.

Мне было смешно. Когда-то я боялась этого немощного старика, а теперь же. Он выглядел настолько беспомощным, что я могла бы переломать ему все кости одним движением пальцев. И, что самое забавное, он не смог бы мне помешать, ведь сам не являлся магом.

— Женщина не может править! — тем временем воскликнул отец, нервно сжимая пальцами край столешницы стоящего перед ним стола.

Я видела отголоски ненависти в его глазах. «Ого! Это кто же так моего родителя когда-то достал, что он теперь ненавидит весь женский род? Надеюсь, что не моя матушка. Хотя и не столь важно, ведь я её никогда не видела и видеть бы не хотела», — закралась ко мне мысль, которая несколько удивляла.