Мне захотелось вскочить, подбежать к его столу и потребовать объяснений. Сколько уже можно сводить меня с ума своими гляделками? Но, разумеется, я ничего такого не сделала.

— Слушай, Дарь, пойдём немного прогуляемся в счёт обеда? А то у меня уже спина затекла сидеть… — проигнорировав вопрос Кулаковой, решила выйти из кабинета, чтобы переключиться.

— Девушки, вы на улицу? — услышала я, когда потянулась в шкаф за курткой.

— Да! — радостно отозвалась Дарина.

— Купите мне стандартный американо в соседней кофейне? Или вам не по пути?

— Не по пути!

— Конечно, купим! — ответили мы одновременно с Кулаковой, при этом коллега сияла, как начищенный пятак. — Мы зайдём! Я тоже хотела взять себе кофе…

Я метнула в неё осуждающим прищуром, накинула куртку и вышла из кабинета. Дарина быстро засеменила за мной.

— Сонь, что с тобой? Нам разве сложно зайти за кофе? Грех отказывать такому мужчине…

— Какому такому? Я девочкой на побегушках не нанималась.

— Эй, Сычёва! У вас там с Даней всё нормально? Что с твоим настроением? — после молчаливого спуска по лестнице, Дарина вновь решила докопаться до истины.

— Всё нормально. Просто устала работать… Скорее бы новогодние праздники!

— Неделя всего осталась. Вы, кстати, с кем в итоге решили отмечать Новый год? К нам не заскочите?

— Мы собираемся к Даниному университетскому другу за город в коттедж. Может, потом в праздники и к вам заедем.

Пока Кулакова с необычайным воодушевлением покупает кофе себе и Симановичу, я ловлю себя на том, что нервничаю из-за того, что мне до сих пор не ответила Валя. Наверное, подруга опять в шоке от моих излияний, и не может подобрать приличных слов.

Как только мы возвращаемся в офис, Дарину сразу перехватывает секретарша и просит зайти к генеральному. Кулакова быстро вручает упирающейся мне стаканчик с кофе для Константина Станиславовича и исчезает из виду.

— Ваш кофе! — ставлю напиток на край стола Симановичу, замечая на его лице очередную самодовольную ухмылку, которая меня нервирует.

— Подожди, сколько я тебе должен? — внезапно мужчина хватает меня за руку, стараясь остановить.

Я пугливо отшатываюсь, потому что в данный момент в кабинете больше никого нет. Все уже ушли на обед.

— Мне — нисколько! — быстрее устремляюсь к своему рабочему месту, чувствуя, как кожа на руке горит в месте недавнего требовательного прикосновения. — Дарина покупала, у неё спросите.

— Хорошо. А ты можешь подойти? У меня к тебе вопрос по твоему заказу… — словно измывается, испытывая мое терпение, и тычет пальцем в свой монитор.

Он видит, как на меня действует. Видит, что я уже снова на взводе, и не понятно чего добивается.

Скрипя зубами, беру стул и подвигаю его к столу Симановича. Сажусь рядом.

Мне становится жарко от его близости. Ноздри мигом улавливают запах кофе, который мужчина пьёт не торопясь, не спуская с меня глаз.

— Что? — не выдержав, поворачиваюсь к нему. — Что вы на меня так смотрите?

Опешив от моей неожиданной прямолинейности, Константин Станиславович сразу же меняется в лице, отворачивается к экрану компьютера и сбившимся голосом начинает мусолить детали заказа, который я обрабатывала. Мой личный вопрос неловкостью виснет между нами без ответа.

Вдруг ко мне приходит озарение: не только меня тянет к нему против воли. Не только я с этим борюсь… Я тоже его волную! Но в отличие от меня, Симанович активно изображает хозяина положения, лишь иногда просчитываясь в своих реакциях.

Валя отвечает мне во вторник довольно лаконично, чем вызывает смешанные чувства, ведь я так надеялась на понимание и поддержку.

«Соня, а ты на все сто процентов уверена, что тебе нужен Даня? Если ты дорожишь вашими отношениями, то докажи это самой себе. Прекрати общение с этим мужиком. Уволься! Не знаю больше, что тебе посоветовать. Мне решительно не нравится твоя одержимость им. До добра это обычно не доводит».

Я разрыдалась прямо на рабочем месте, когда прочитала письмо. Рука сама потянулась в сумочку за успокоительным. Хорошо, что в этот момент в кабинете никого не было.

Конечно, она тысячу раз права!

Я взяла чистый лист бумаги, нашла в интернете пример и нацарапала заявление на увольнение. Только дату не поставила. Решила сначала сходить умыться и выпить воды.

Потом меня отвлекли, и я закинула бумагу подальше, на время забыв о ней.

На следующий день вечером мы с Даней ездили подписывать договор с ведущим на нашу свадьбу, а также обговаривали с ним нюансы и пожелания. Васильков выглядел очень уставшим и откровенно запаренным, поэтому основную часть переговоров я взяла на себя. Но на обратном пути я всё же пыталась узнать его мнение.