— И? — не выдержал паузы Женька.

— Они меня не заметили, хотя и пробежали практически по самому краю ямы.

Пока все озадаченно молчали, до меня дошло.

— Это как-то связано с… — обвел я пальцем свое лицо, имея в виду ее умение по смену внешности.

— Да, — кивнула она мне. — Я не сразу поняла, что случилось, но… меня камушек спас.

[1] Дезы — дезертиры сокращенно.

Сам не понял почему проснулся, от какого-то давящего чувства тревоги.

Вчера, несмотря на возбужденное состояние, вырубило меня достаточно быстро, всё же предыдущую ночь не спал, да и живу приходилось активно тратить всё это время, вот усталость и накопилась. Так что в очередь на дежурство парни меня даже не ставили, дали возможность отоспаться.

Как оказалось, даже в закрытой на замки квартире нужно дежурить, так как помимо мутантов появилась еще такая напасть как призрачные тени, любят они в темноте из людей жизненную силу вытягивать. Ложится спать полностью здоровый человек, а утром уже находят этого полностью здорового — мертвым. Мара нам про этих эктоплазменных тварей рассказала, говорит, что и сама с ними сталкивалась — успела вовремя проснуться и отогнать. Что совсем не трудно сделать, теневики эти «живого» света не переносят, будь то огонь или солнце, развеивает он их в легкую. А вот электрический свет их только отпугивает. И именно поэтому в квартире сейчас, при плотно занавешенных окнах, во всех обитаемых комнатах свечи горят. Дежурный же следит, чтобы они не погасли, ходит периодически, проверяет и при нужде зажигает новые.

Бросил взгляд на Алого, мы с ним в зале на разложенном диване спали, но тот дрыхнет, ничего его не тревожит. А вот меня — тревожит, сна уже ни в одном глазу, а непонятно с чего возникшее беспокойство только нарастает.

Аккуратно, чтобы Серегу не разбудить, сполз с дивана, прихватил со стола лежащее там снаряжение с оружием и на кухню к дежурному отправился. На часы посмотрел, двадцать минут седьмого, очередь Длинного дежурить. В половину восьмого он как раз должен всех нас будить начинать, с утра собирались планировать, что и как с дезертирами делать будем.

— Вован, отвечаю, нам нужно дергать отсюда и как можно быстрее, — услышал, как уже проснувшийся Леха, которого тоже на дежурство не ставили, Длинному жалуется, — у меня копчик так вибрирует, на месте не усидеть, хочется прямо сейчас отсюда впереди собственного визга и теряя тапки бежать.

— Мне кстати тоже, — поддержал я его, входя на кухню. — Проснулся от непонятной тревоги, и она не развеялась, а только нарастает.

Парни замолчали, дружно посмотрели в мою сторону, после чего…

— Убедили, — кивнул нам Вовка, вставая со стоявшего тут «уголка» и уже на ходу подхватывая со стола автомат. — Собираемся и в темпе отсюда сваливаем.

Хорошо, что собираться нам долго не нужно, спали все одетыми, так как в квартире совсем не жарко, да и рядом с дезертирами никто расслабляться не собирался.

Леха уже полностью экипирован был, ну а мне секунда дела — накинуть на себя разгрузку, фастексы защелкнуть, проверить как всё село, и готово.

— Как самочувствие?

— Ты Бог, Саня, — дождавшись пока я экипируюсь, протянул мне руку довольно улыбающийся Леха. Пожав ее, продолжил меня нахваливать: — Я так хорошо себя и в детстве, наверное, не чувствовал. Здоров полностью. Кто бы мне раньше сказал, что ранение можно за сутки вылечить, в жизни бы не поверил.

Я тоже не поверил, хоть глаза видели обратное: здоровый цвет кожи, никакой бледности и слабости у него не наблюдается. Но ведь этого не может быть, после столь обильной кровопотери ему еще как минимум два дня восстанавливаться надо было.

— Давай-ка я тебя проверю, на всякий случай.

Леха не возражал, с готовностью повернулся ко мне спиной и сидел спокойно, пока я занимался диагностикой. И она меня не на шутку удивила — ничего похожего с его вчерашним состоянием. Он действительно полностью здоров…

— Аув… Что за кипишь? — позевывая, да так, что пламя стоявшей на столе свечи чуть не убежало, так дернулось, к нам на кухню вошел Мамон, как и я недавно, с экипировкой в руках.

— Жопа проблемы чует, вот мы в темпе и срываемся подальше от них, — тут же отозвался Леха.

— У-у-у, братан, если жопа, тогда да, это повод к ней прислушаться, — покивал согласно Мамон, щелкая фастексами на разгрузке. — А она у тебя как сигнализирует: пожрать успеем или придется голодными с места срываться?

У Лехи, кстати, фамилия Резвушин оказалась, почти однофамилец Сереги Резвых, ну и прозвище — Резвый, из-за этого они с Мамоном, у которого такое же прозвище до армии было, братами друг друга в шутку стали называть. Жека же — Мельников, поэтому его Марина Мельником и обозвала при встрече.

— Сразу срываемся, — вместо Лехи ответил ему появившийся Длинный, уже даже обутый, не до поддержания чистоты в квартире сейчас. — Не только у Резвого жопа неприятности чует, но и Ведун… — перевел он на меня взгляд. — Что там Сань? Жить будет?