Нож с тяжёлой рукояткой валялся на полу точно под сенсором открывания двери. Должно быть, кошка не сочла нужным вставать, услышав сигнал. Альт скосил глаза: сенсор был цел. Однако! Так рассчитать силу удара… значит, дела не так уж плохи. Или?

— Чего тебе, Альт? — из-за натянутого почти до самой переносицы одеяла (двух одеял!) голос лежащей на койке женщины звучал приглушенно.

— Не знаю, — честно ответил он, внимательно её разглядывая. Увиденное не радовало. Совсем.

Светлокожая от природы, как большинство рыжих, сейчас Лана Дитц была бледна так, что и Смерть рядом с ней показалась бы смуглянкой. Глаза ввалились, вокруг них залегли тени.

— Хороший ответ, — показалось, или мрина фыркнула? — Заходи.

Альт шагнул к койке, на ходу коснувшись удивившего его своей невредимостью сенсора (дверь послушно закрылась), и остановился почти у изголовья. Лежащая девушка не повернула головы, лишь слегка изменила направление взгляда. И это почти напугало Альтшуллера, привыкшего уже к энергии, бившей из кошки ключом даже в тот момент, когда она проваливалась в медикаментозный сон.

— Ты чего ужинать не пришла? Проспала?

Видимая из-под одеял часть носа слегка сморщилась:

— Не хочу.

— Зря, есть надо, — с добродушной назидательностью заметил Альт и, словно невзначай, прикоснулся костяшками пальцев к виску. Прикоснулся, оторопел, и уже совсем другим тоном потребовал: — А ну, дай мне руку! Чёрт, да ты же ледяная!

— Мёрзну, — всё так же безучастно согласилась Дитц.

— Так, а теперь — быстро: что ты сделала с чипом? Это и близко не норма, здесь уже половина лазарета должна толочься, при таком-то раскладе!

— У меня нет чипа.

Одеяла слегка шевельнулись, словно лежащая по ними девушка пожала плечами.

— Как — нет?!

— Удалили. По чипу можно отследить не только состояние человека, но и его самого.

Теперь голос звучал увереннее и громче. Что-то, сказанное Альтом — понять бы, что? — заставило мрину отчасти встряхнуться. И это было хорошо. Но совершенно недостаточно. Сжатая мужскими ладонями кисть оставалась по-прежнему холодной, и он, склонившись над койкой, принялся отогревать пальцы девушки своим дыханием. Получалось не очень.

— Давай-ка ты всё-таки свою докторшу позовёшь. Ну или я свистну наших?

— Нет, — решительно заявила мрина, для верности перехватывая его левое запястье с браслетом коммуникатора. — Всем, кто хоть что-то смыслит в медицине, сейчас не до ерунды.

— Ты — ерунда? — нарочито удивился Альт.

— По сравнению с детьми — безусловно.

— Тогда пусти меня. Да не буду я никого звать, уговорила! Просто тебя надо засунуть под горячий душ, а одна ты туда не пойдёшь, и не мечтай.

Лана отпустила руку Альта, и наконец выпростала из-под одеял нос и подбородок. Наверное, затем, чтобы усмехнуться без помех:

— В душе я уже была. Результат… сам видишь.

Альтшуллер, уже отбросивший куртку и почти стянувший футболку, остановился на середине движения. Футболка повисла на локтях.

— Знаешь, рыжая… если без медицины и без душа… то способ тебя согреть я знаю ровно один.

— И чего же ты ждёшь?!

Бывают дни хорошие, бывают — не очень. А бывают такие, что без пол литра хрен поймёшь, хороший он или нет. Этот, всё ещё продолжающийся, день был как раз из таких.

Из сферы Раскина — выбрались, что само по себе тянет на беспрецедентный расклад. На станции — не взорвались. А ведь вполне могли. Сапёры ещё ковырялись с детонаторами, но похоже, Дитц верно сообразила — срабатывание было настроено на прекращение действия сферы, с небольшим временным лагом. Иезуитство какое-то… ничего, разберёмся и с этим.

Детей — спасли. Когда Солдатов перед ужином заглянул в медотсек, там дым стоял коромыслом. Все, способные отличить кАбель от кОбеля и шприц от шпица, пахали, как заведённые. Из всего, что под руку подвернётся, сооружались дополнительные системы питания, к ним подключались инкубаторы. Люди менялись, отходили, чтобы прямо в коридоре, у стены, затолкать в себя кусок чего-нибудь с подносов, которые постоянно подтаскивали взъерошенные стюарды. А потом — возвращались в круговерть.

Военврач Рябов темпераментно рычал на помощников и просто в пространство. Доктор Танк — из уважения к коллегам, надо полагать — материлась на интере с вкраплениями русского. Ох, дознаться бы, кто научил… да язык укоротить по самые гланды… впрочем, если у неё есть хоть какие-то способности к лингвистике, то в общем гвалте нахвататься труда не составит. Альтшуллера на ужин и отдых вытащить удалось (по прямому приказу Рябова), а вот Клементина Танк и майора, и военврача просто проигнорировала. Впрочем, в её случае Рябов и не настаивал. Оценил, должно быть. Заметно и остро не хватало Лаврова, до сих пор пребывающего в клинике на Атлантиде. В клинике — и в безопасности. А Дитц-то молодец, прикрыла со всех сторон.