В связи с этим все заключённые отбывающие наказания в карцере, будут выпущены, так как всё равно на вас это не действует, а наказание будет заменено на ранее сказанное. Надеюсь, вы теперь трижды подумаете, прежде чем нарушать режим. Из карцера можно выйти, а вот из некоторых врат уже нет.

Всем кто отбывал наказание в карцерах пройти в отдел администрации, для получения информации по наказанию.

Голос в громкоговорителях стих, а толпа, в которой я находился, двинулась к лестнице наверх.

Спустя полчаса, я зашёл в кабинет. В помещении за массивным столом, на котором стоял огромный монитор, рядом с которым была большая стопка папок. В кресле же сидел уже немолодой мужчина с зачёсанными назад волосами, в которых проглядывались седые пряди.

Слева у стены расположился диван, а справа во всю стену шкаф для бумаг. У дверей стояло два мощных охранника, а я даже несмотря на них, понял, что чувствую от них некую силу.

— Так 24.2004. или Хён Ан, — посмотрел он на меня изучающим взглядом пожилой мужчина. — Присаживайся. — Взглядом он указал на стул рядом со столом, открывая папку, которая лежала перед ним.

Я сделал несколько шагов и сел на стул.

— Хммм…. — смотрел он то в папку, то на меня. — Удивительно. — Вдруг промямлил мужчина.

Я молча смотрел на сидящего за столом человека.

— Тут сказано, что ты пробуждённый низших арканов да при этом «F» ранга. Силы у тебя практически нет, а заключение психологов и твоя характеристика говорит, что ты не способен даже гусеницу раздавить. Да и нет упоминания о том, что бы ты посещал хоть какие-то занятия по боевым искусствам. Медицинская карта на момент поступления тебя в тюрьму, ясно показывает, что твоё тело имело признаки недобора массы, и близкое к дистрофии. А тонус мышц равнялся нулю, — Посмотрел он на меня пристальным всепроникающим взглядом. — Так скажи мне Хён. Как такой человек пусть и пробуждённый, смог убить пятерых заключённых пускай тоже низшего аркана. Тут сказано, что ты четверых убил голыми руками и только одного острым колющим предметом. Ещё пятеро получили тяжёлые травмы, и несколько средней тяжести. Как такое может быть?

— Жить хотелось. — Тихо произнёс я, растерявшись от слов мужчины. Ведь я думал, что убил только одного.

— То есть жажда жизни укрепило твоё тело и научило драться? Я смотрел записи с камер Хён. Твои удары и манера боя это даже не уровень бойца любителя. Тут явно виден профессионализм и выучка. Это мне сказал один эксперт просмотревший запись. Так дерутся и двигаются только бойцы смешанных единоборств, причём высочайшего уровня.

— Вы явно переоцениваете меня. — Отвёл я взгляд, от мужчины смотря на папку в его руках.

— Хм…. Может и так. Просто смотрю я на твою фотографию в личном деле, а потом на тебя, и ловлю удивительный контраст Хён. И это я не про твои волосы. Ну да ладно, время не ждёт, — откинулся на спинку кресла мужчина. — По твоему делу было принято решение комиссией тюрьмы. Убийства имеют место быть, но с определённымиобстоятельствами. Также ты сопротивлялся задержанию. Так что, рассмотрев все материалы, тебе накинули два года к основному сроку, а также пять походов в подземелья. По походу за каждого убитого тобой заключённого. Так как мы теперь работаем по новым правилам Хён. Те, кто нарушает режим теперь вне правил посещения по уровню врат. У нас как рас есть три заявки от кланов по появившимся вратам подземелий «С» и «А» уровня. Так что Хён завтра ты будешь доставлен к одному из них. А теперь можешь идти, и подумай над тем, что если выживешь, больше не нарушать режим.

Я встал со стула и пройдя до двери вышел в неё, а в кабинет сразу же зашёл новый заключённый.

Идя на свой уровень блока, я думал над тем, что сказал заместитель директора тюрьмы, сопоставляя с крохами не моих жизненных воспоминаний. Получалось очень печальная картина. Пробуждённые низшим арканом, даже имея «А» ранг были доступны только врата до «D» ранга. В остальные подземелья ход был только по специальной бумаге из ассоциации воинов Южной Кореи, или по разрешению клана, в котором состоял воин.

Но как я выцарапывал чужие воспоминания из головы, было точно ясно подземелья выше «С» были сродни смертному приговору для низших аркан. А меня завтра конвоируют либо в «С» либо в «А». Тут уже пахло не перевоспитанием, а устранением нарушителей режима, и чисткой тюремного блока.

За своими мыслями я не заметил, как мне пригородили путь. Только на автомате почувствовав близость преграды, я остановился, поднимая глаза на тех, кто встал у меня на пути.

Передо мной стояли две девушки в таких же камбезах, как и я. Одна была крашенной блондинкой и слегка полной, а вторая черноволосой и страшной как мой разговор с заместителем директора тюрьмы.

— С тобой хотят поговорить. Пошли за нами. — Как ни в чём не бывало, произнесла брюнетка.

— А если я не пойду? — Посмотрел я в глаза говорившей, от чего та отвела в сторону голову, не выдержав моего взгляда.

— В бутылку не лезь, — скривилась блондинка. — С тобой просто хотят поболтать. И это не те отморозки, что зажали тебя в душе. Это я думаю, не займёт у тебя много времени.

— Ну, веди тогда. — Нейтрально произнёс я, думая кому ещё чего от меня понадобилось.

Идя за девушками, мы прошли один лестничный пролёт и очутились перед обычной дверью. Пройдя в нее, я увидел перед собой подобие читальной библиотеки со столами и стульями, за которой сидели заключённые и листали журналы или читали книги.