Дальше мои мысли унесли меня к сложившейся ситуации. Мусорщики со слов Че-Ён не самая сильная банда, но тот факт, что их и так не высокий статус в колонии подрывает низший аркан, может ещё больше их опустить в некой иерархии тюрьмы. А значит им, во что бы то ни стало надо меня грохнуть. Отсюда вытекает прямое нападение в коридоре столовой, хотя все знают последствия от таких поступков.

В этот раз, чувствуя боль в ранах, я осознавал, раны, возможно, были смертельными, но за счёт единиц вложенных в живучесть, и оказанной мне мед помощи, я выжил даже с летальными ранениями.

Но так фартить мне постоянно не будет, а значит надо плотно заняться системой и понять про нее всё что возможно, и быстрее становится ещё сильнее.

Дверные замки издали металлический звук, а через полминуты дверь открылась и в комнату зашла полная медсестра и два охранника.

Женщина преклонного возраста, держа поднос с медицинской утварью, прошла до меня, а один из охранников подкатил к койке медицинский столик, куда и лёг поднос.

— Я сейчас сниму тампоны и обработаю раны. — Словно не мне, а охране сказала женщина.

Её руки легли мне на живот и быстро оторвали пластыри, и сняли окровавленный изнутри тампон.

Я лёжа на спине, приподнял голову и увидел как женщина марлевым тампоном на который нанесла какой-то раствор быстро протирала шов на боку, после чего наложила новый тампон и заклеила его пластырем, а процедура вновь повторилась после того как я лёг на живот.

Когда смена закрывающих раны повязочных тампонов была произведена, женщина всё также молча собрала подручные материалы и инструменты на поднос и, подхватив его, поспешно пошла к двери. То же самое сделала и охрана, вновь оставив меня одного.

Я же кряхтя, сначала перевернулся на спину, а потом сполз с койки, где давно уже заприметил подобие больничной утки.

Справив нужду, качаясь при этом, как бухой моряк при качке в лёгкий шторм, вновь забрался на койку, и приступил к очередным размышлениям, которые прервал опять звук отпирающейся двери.

Повернув лицо, и видя, как железная дверь вновь открылась, я ожидал увидеть охранника, или кого-либо из управляющего состава тюремным блоком, но не как ни учителя замены Тиен.

Молодая особа зашла в помещение, а за её спиной два охранника неохотно прикрыли дверь, оставляя только небольшую щель в дверном проёме.

Кореянка на этот раз была одета очень строго и во всё черное. Но даже так блондинка выглядела очень эффектно, словно босс крупной компании.

— Так вот почему ты на уроки не явился. — Сурово произнесла она.

От таких слов я даже потерял дар речи, и просто таращился на девушку, которая практически впритык подошла к койке.

— Надо поговорить. — Пристально посмотрела она на меня.

— О чём? — Стал отходить я, от первичного шока.

Тиен кинула взгляд на щель в двери, и чуть тихо произнесла:

— О вчерашнем.

Я, слегка поморщившись, занял полусидящее положение.

— Если ты всё об этом, то ты первая начала. — Сделал я рожу кирпичом.

— Не об этом. А о подземелье. — Сделала она ещё шаг и её ноги упёрлись в койку.

— Я не знаю, о чём ты говоришь. У твоего брата крыша, наверное, поехала, коли он несёт такой бред, что я мог всё это сделать. Я если ты ещё не в курсе «F» ранговый воин низшего аркана. Я на такое физически не способен.

— Я вчера видела, на что ты способен Хён. Отразить экстракт суккуба в меня, при этом очистив его. — Шикнула девушка и смутилась на секунду, после чего вновь придавая себе строгий вид.

— А так вот почему ты на меня так набросилась. — Брякнул я, не подумав, и тут же получил хлопок по ноге от кореянки.

— А ты и рад стараться кабелина.

— А что я? — сделал я удивлённое лицо. — Знаешь, трудно не согласится, когда на тебя полуобнажённая девушка запрыгивает, и руки в трусы суёт.

— Тихо ты, придурок. — Врезала она мне по ноге ещё раз.

— Ты что руки распускаешь, блин? Не видишь я раненый. Мне покой нужен.

— Я тебе такой покой устрою, если ты ещё раз об этом заговоришь при посторонних. — Сверлила меня суровым взглядом Тиен, но не смогла при этом скрыть от меня лёгкий румянец.

— Да и без тебя есть, кому устраивать. — Приподнялся я ещё чуть выше на подушке.

— Хён, — выдохнула она, и её надменность куда-то делась. — Мне очень важно с тобой поговорить на ту тему, которую поведал мне мой брат. Так уж вышло, что от этого многое зависит в моей жизни и жизни моего брата. Ты спас его там, я это очень ценю, и как ты понимаешь, я не побежала рассказывать никому правду.

— Да тебе никто не поверит. — Вырвалось у меня.

Тиен повернулась ко мне спиной и села на край кровати.