— Хён! А хренеть. Он реально тебя слушается. — Доносились всторенные восклицания Талилы, на которые, я больно-то сейчас ни обращал внимания, дойдя до того, что я искал.

— «Кукловод: 2 ур. Не требует затрат единиц характеристик. На 1 объект доступно 2 попытки метаморфозы. Проводит метаморфозу мёртвого тела, в котором есть духовная энергия, создавая марионетку. Неразумные и полу разумные существа после метаморфозы, могут воплотиться в неразумных элементальных кукол, также как и тела, которые долго находятся после смерти. Поднятие военного уровня марионетки возможно только при наличии вложения камней арканума и затраты единиц духа. Доступно метаморфоз 9/10»

Прочёл я бегло первый навык, и быстро пока Талила была полностью увлечена Эфесом, переключился на второй классовый, но не на навык, а умение:

— «Вместилище: 1ур. Не требует затрат единиц характеристик. Вам доступно собственное скрытое пространство, в котором размешаются марионетки, а также ваши личные вещи. Призыв из вместилища марионеток либо предметов, а также их скрытие не требует затрат единиц характеристик. Личное скрытое пространство доступно 5/5. Пространство марионеток 5/5»

— Круть! — влетела в меня и повисла у меня на шеи Талила. — Это реально крутой подарок Хён. Интересно, какого он ранга.

— Ранга, какого я не знаю, — свернул я табло, через которое наполовину торчала эльфийка. — Но вот звание у него младший унтер-офицер.

— Так он меня по званию ниже. — Лыбилась Талила.

Я же вспомнив, что писала система, скривился.

— Не думаю Талила. Скорее его из-за меня понизили. — Смотрел я на фигуру в чёрном облачении, красные глаза которого так и светились кровавым свечением.

— Это как? Так что можно что ли? — Слегка отстранилась она от меня.

— Я почём знаю? — как на дуру посмотрел я на девушку. — Я сам ещё не догнал, что тут и как происходит. — Ты гроб осмотрела?

— Нет. — Замотала головой эльфийка, и в этот момент над головой словно взорвали бомбу, от чего мы неосознанно пригнулись. — Что это блядь был? — Зло зашипела она.

Я быстро отстранился от Талилы, и уже на ходу к гробу, произнёс:

— Походу кто-то скоро проломит потолок.

В считанные мгновения, очутившись у саркофага, я засунул туда рожу, и увидел пару мешочков с левого боку, и в это время, шарахнуло, да так, что часть арочного свода в конце зала обвалился и с грохотом упал на плиты.

На автомате, схватив мешочки свободной от кинжала рукой, я пожелал убрать их в скрытое и выделенное мне под мои нужды пространство. Вмиг передо мной появилась полоска из пяти квадратов, и я сунул в неё все, что было у меня в руках.

Лёгкая рябь воздуха, и полоска, как и предметы, пропали, а ко мне бежала Талила, крича, что пора убираться отсюда, как будто я и без неё это не знал.

Со звуком голоса эльфийки, я уловил и другие отдалённые голоса, под треск отваливающегося куска потолка.

— Отзыв! — выкрикнул я и в черной дымке исчез ассасин, а в бордовой Талила, а я сорвался с места, рванув в дверной проём, под звук обваливающегося потолка.

Когда до дверного проёма, оставались считанные шаги, потолок повсеместно стал проваливаться вниз, а я прыгнул в проём, получая при этом удары острых камней по телу, влетая на первые ступени туннеля ведущего наверх, а меня сверху накрыли камни.

Пребывая в невменяемом состоянии, я будто слышал голоса вокруг себя, и звуки боя, а потом меня сотрясла волна жгучей боли, от которой я открыл глаза.

Передо мной склонились люди, которые были все в пыли, и местами и крови.

— Он пришёл в себя! — Донеслось за их спинами.

— Ага, после удара по роже. — Скалился тощий парень, который стоял передо мной в частичной рыцарской броне.

Распихав толпу, вперёд вышел весь в пыли Брун, а его лицо выражало бешенство.

Он с ходу схватил меня за майку, и рывком поднял на ноги, при этом, не ослабив хватку.

— А ну блядь отвечай, что случилось после того как вы зашли в мавзолей? И как мусор как ты оказался тут?! Ребят вы его обыскали?

— Конечно, — с усмешкой произнёс высокий и весьма полный мужчина, на плече которого лежал молот. — Всё чисто, если он конечно камни в жопу себе не затолкал. Туда мы не лазили.

Меня держали за шкирку, обступив толпой, а моя голова дико кружилась, а перед глазами всё плыло, и это не считая того, что по левой стороне, откуда-то сверху на бровь, а потом и на щёку капала кровь.

— Что ты блядь молчишь! — Встряхнул он меня снова, от чего мир и вовсе поплыл, а к горлу подступил рвотный ком.