– Здесь нельзя сидеть, – повторил охранник, окидывая Ингу взглядом с ног до головы.

Она поняла, что все еще стоит, застыв, с ладонями на бедрах. Нахмурившись, она скрестила руки на груди, делая вид, что недовольна резким окриком, хотя на самом деле была недовольна собой, что так глупо всполошилась.

– А что случится, бортик треснет? – презрительно спросила Инга.

Охранник продолжал беззастенчиво ее разглядывать. У него были угольно-черные густые брови, которые то и дело двигались, пока он водил по Инге взглядом, существуя как будто отдельно от остального лица. Он улыбнулся отчетливее:

– Нет, просто нельзя сидеть. Администрация запрещает.

Инга почувствовала движение позади себя и торопливо обернулась.

– Ну что, куда пойдем? Есть пожелания? – спросил Илья, глядя, впрочем, не на Ингу, а на охранника с бровями. Спустя мгновение тот отошел.

– Без разницы, – угрюмо ответила Инга. Она вдруг вспомнила о пятне на блузке, которое Илья, пока она стояла спиной, мог заметить, и это не прибавило ей энтузиазма.

– Тогда как ты относишься к бургерам?

Инга относилась к бургерам хорошо, особенно с похмелья. Она кивнула.

Несмотря на то, что кафе вокруг было в изобилии, Илья повел ее очень далеко: им пришлось пройти через весь холл и спуститься по лестнице на минус первый этаж. Инга отметила это про себя, подумав, что Бурматов не хочет, чтобы их увидели. Это только подстегнуло ее опасения – она уже перестала разбирать, какие именно. Ей просто было стыдно, неудобно, и ничего приятного она не ждала.

Ресторан, куда они пришли, было темным и брутальным: кирпичная кладка, грубая мебель. Инга порадовалась недостатку света – в полутьме объясняться будет легче. Официант принес меню.

– Могу подсказать, если хочешь. Я сюда часто хожу, – деловито предложил Илья.

Как только они сели за стол и разговор стал неизбежен, у Инги мгновенно пропал аппетит. Чтобы не выдать своих переживаний, она, однако, уныло согласилась.

– А пить ты что будешь? Воду, кофе? Пиво?

Ей показалось, что Бурматов слегка усмехнулся.

– Воду, – содрогнувшись, ответила Инга.

Едва официант записал их заказы и отошел, она решила больше не откладывать.

– Я бы хотела извиниться, – торжественно начала она, но Илья тут же перебил:

– Сколько ты уже у нас работаешь?

– Два месяца.

– А испытательный срок у тебя три?

– Да.

– Тогда, я думаю, мы можем считать его оконченным.

У Инги упало сердце.

– Илья, я бы действительно хотела извиниться, – волнуясь и чувствуя, что тараторит, залепетала она. – То, что произошло вчера, было абсолютно непрофессионально, и я гарантирую, что это больше никогда не повторится.

– Ты о чем? – Илья выглядел искренне удивленным.

Инга окончательно стушевалась.

– Ну… я о… – Она испуганно покосилась на его правое плечо. Перед глазами у нее отчетливо стояло, как она проводит рукой по этому плечу. Илья не проследил за ее взглядом, и Инга еле слышно закончила: – Я о том, как я себя вчера вела.

Повисло молчание. С кухни было слышно громкое шипение жарящегося мяса.

Илья вдруг расхохотался.

– Ты подумала, что я собираюсь тебя уволить? Да нет же, я говорю, что твой испытательный срок закончен, потому что я не вижу больше смысла тебя тестировать. Ты отлично себя показала на предыдущем проекте, мы берем тебя в штат.

До Инги даже не сразу дошел смысл сказанного, так основательно она приготовилась к худшему.

– Правда? – оторопело пробормотала она.

– Ну конечно. Я тебя за этим и позвал – обсудить результаты твоей работы и вместе подумать, как тебе дальше развиваться у нас.

Инга с шумом выдохнула и наконец смогла улыбнуться, хотя пока еще неуверенно. У нее как камень с души свалился. А она напридумывала себе всяких ужасов! Вот, оказывается, как на самом деле все хорошо!

– Спасибо! – горячо проговорила она. – Я очень рада! Но еще раз прости за вчерашнее, такого больше никогда не случится.

Илья отмахнулся:

– Да я сразу и думать об этом забыл. Ничего страшного не произошло. Все выпили, всем было весело, я не придал этому никакого значения. Я даже сейчас не сразу понял, о чем ты. А ты переживала?

– Ну да, немного. Эйчары на собеседовании довольно долго об этом говорили – что они следят за атмосферой в офисе и что любые отношения на работе не допускаются, вот я и испугалась, что ты решил…

– Эйчар нагнал жути, у нас все совсем не так строго, – весело сказал Бурматов. – И в любом случае я ничего такого не подумал. О, вот и наши бургеры.