В ярком свете прожекторов, пробивающих даже дымку урагана, я сумел разглядеть гигантское здание, уходящее в ураган с обеих сторон. Здание Управления Службы Внешней Разведки впечатляло. Вот только долго смотреть на него мне не дали, через пару секунд меня завели в одно из зданий и тут же накинули черный мешок на голову.

— Куда его? — донесся до меня голос провожатого.

— Двенадцатая допросная, я подойду через минуту, приведите его пока в порядок, — услышал я спокойный, бархатный мужской голос. Меня протащили по коридору, и я уже подумал, что теперь снимут мешок. Ошибся.

Зато с меня сдернули все остальное, раздев догола и не дав ни секунды для того, чтобы опомнится.

— Я свой… — простонал я, вложив в это восклицание все оставшиеся силы.

— Он что-то говорит, язык непонятен, — тут же выдал охранник, и я понял, что сказал это на том же диалекте, на котором общался с Олсо. Черт. Вместо того чтобы выкарабкаться, я только глубже ушел в проблемы. Меня посадили на холодный, по ощущениям металлический стул, пристегнув руки к подлокотникам.

— Готовы? Отлично, — вновь услышал я голос. — Держите его на прицеле, если окажется, что он из мутантов или чужаков — стреляйте на поражение. Приступим.

Мешок с головы сдернули и в глаза ударил яркий свет, через который невозможно было что-либо разглядеть. Даже силуэты стоящих по ту сторону от лампы я видел с трудом. В отличие от моих личных вещей, разложенных на столе. От разбиравшегося в них мужчины я видел только руки, попавшие в область света.

— Внутренний карман, — прошептал я, вспомнив об индульгенции. — В куртке.

Движение рук мужчины на секунду замедлилось, но он все же достал рекомендательное письмо, которое я таскал с собой уже черт знает сколько времени. Развернув помятую бумажку, он повернул ее к свету, хмыкнул, прочтя, и коротко кивнул куда-то в темноту. Послышался звук открываемой двери у меня за спиной. Кто-то вышел, но обследование вещей не закончилось.

Стоило мне уронить голову, как к носу поднесли нашатырь, и я вновь пришел в себя. Сколько меня так держат? Не знаю, из-за усталости я почти отключился. Энергия не восполнялась — похоже, все шло на восстановление здоровья. И выносливость до сих пор была в минусе. Но, кажется, охрану мое состояние не сильно заботило.

Вновь чуть скрипнула дверь, и сразу после этого лампа, бьющая в глаза, отключилась. Зато зажегся общий свет, и я понял, что нахожусь в крохотной комнате, стены, пол и даже потолок в которой выложены плиткой. Мне на колени упало полотенце, и только после этого за стол сел высокий седой мужчина в простой кофте.

— Добрый день, Изяслав. Прежде чем я окончательно решу, что с вами делать, придется ответить на некоторые вопросы. Но, если все будет в порядке, мы не только вернем вам одежду, но и принесем извинения, — произнес он все тем же бархатным, отлично поставленным голосом. Вот только улыбка, которую он из себя выдавил, показалась мне насквозь фальшивой. — Готовы к сотрудничеству?

— Я вам не враг, — сказал я, пытаясь прийти в себя и хоть немного удобнее пристроиться на жутком стуле. Получалось не очень.

— Иначе давно бы разнесли всю базу и убили всех людей? — с усмешкой спросил мужчина, перебирая мои вещи. — Половина камер забита всевозможными фриками, часть из которых еще и умудряется угрожать. У вас странный выбор обмундирования. Ни оружия, ни боеприпасов. Единственная граната для подствольника, но она бесполезна. Где снаряжение?

— Пока добирался к вам, много всего произошло, — ответил я неопределенно.

— Отвечайте на вопрос четко и ясно, где оружие и боеприпасы? — спросил дознаватель, и в его голосе стали четко слышны стальные нотки.

— Я оставил все примерно в километре восточней, на одной из затопленных крыш, — ответил я, не опускаясь до прямой лжи. — Вы сказали…

— Здесь я задаю вопросы, а вам на них лучше четко и быстро отвечать, — оборвал меня мужчина. — Что за татуировка на вашем теле, она имеет функциональное значение?

— Хватит. Я добирался до вас почти двое суток. С рекомендациями и разведданными. Я вымотан, а вы вместо помощи проводите допрос. Или вам настолько сорвало крышу, что вы человека от монстра отличить не можете? — спросил я, чувствуя закипающую злобу.

— Высказались? — спросил дознаватель. — Ваши рекомендации — единственная причина, по которой вы в относительно удобном положении. Прошлым руководством был совершен ряд просчетов, в том числе допуск беженцев без должной проверки, за который мы дорого заплатили. Так что повторяю вопрос…

— Нет у них функционала, и нет, они не естественного происхождения, — ответил я, глядя прямо в глаза собеседнику. — Примерно в трех километрах отсюда член вашего совета безопасности с ФСО и остатками личной охраны организовал перевалочную базу. Там я и получил эту татуировку. Скажем так… за неосторожное взаимодействие с кристаллидом.