Наконец она собралась с духом и быстро пошла вперед. Она почти уже добралась до лестницы, как вдруг услышала наверху звук шагов. Кто-то шел ей навстречу. Но Магда предусмотрела и это и, не растерявшись, сразу же юркнула в темноту одной из ближайших боковых комнат.

Однако, сделав еще один шаг, замерла как вкопанная. Она ничего пока не слышала и не видела, ни до чего еще не дотронулась, но все равно уже поняла, что находится здесь не одна. Надо немедленно уходить! Но тогда ее заметит тот, кто спускается сейчас в подвал. И вдруг сзади кто-то шевельнулся, и тут же грубая рука схватила ее за горло.

— Кто это тут у нас, а? — спросил неизвестный по-немецки. Этого уж она никак не могла предвидеть: часовой прятался именно здесь, в этом самом закутке! Немец грубо выволок ее в коридор. — Ну-ну! Давай-ка я как следует тебя разгляжу!

Сердце у Магды бешено колотилось, лоб покрылся холодным потом, и ей хотелось сейчас только одного — поскорее увидеть цвет формы этого солдата. Если она серая, то у нее еще есть шанс. Незначительный, но все же есть. А если черная...

Форма оказалась черной. И навстречу им бежал еще один солдат в таком же черном мундире.

— Да это же та самая еврейка! — с нескрываемой радостью воскликнул первый часовой. Он был без каски, и Магда заметила, что у него довольно заспанный вид и воспаленные припухшие глаза. Очевидно, он решил немного вздремнуть, а она невольно потревожила его, зайдя именно в эту комнату.

— Как она попала сюда? — спросил второй, подбегая ближе.

Оба эсэсовца уставились на нее такими голодными глазами, что Магде захотелось сжаться и исчезнуть в своей одежде, как прячется черепаха в собственном панцире.

— Понятия не имею, — сказал заспанный часовой и подтолкнул ее в сторону лестницы, ведущей во двор. — Но думаю, лучше всего показать ее майору.

Он отпустил наконец девушку и вернулся в комнату за своей каской, которую оставил там, когда устраивался на отдых. И в тот же миг второй вплотную придвинулся к Магде. Не раздумывая, она бросилась к пролому в стене, по дороге толкнув первого часового так, что тот кубарем влетел в темную боковую комнату. Встречи с Майором она бы, наверное, уже не вынесла. Если ей удастся сейчас прорваться вниз, то это последняя возможность спастись — ведь только она знала этот тайный Маршрут.

И вдруг ей будто обожгло затылок, и Магда чуть не повисла в воздухе. Второй солдат успел схватить ее за волосы как раз в тот момент, когда она повернулась, чтобы бежать. Он с силой дернул девушку назад, но и этого ему было мало. Слезы брызнули из ее глаз, когда эсэсовец медленно подтащил ее за волосы к себе и, положив вторую руку между грудей, прижал Магду к стене.

От боли и ужаса у нее перехватило дыхание, и когда она почувствовала головой удар о холодный камень, то почему-то подумала, что сейчас обязательно должна потерять сознание. А все, что она слышала в следующие секунды, уже показалось Магде далеким и нереальным.

— Я надеюсь, ты ее еще не убил?

— Нет, с ней пока все в порядке.

— Она, кажется, забыла, где ее место!

— Наверное, ее давно уже не учили уму-разуму.

Потом голоса ненадолго смолкли, и Магда услышала еще одно только слово:

— Сюда!

Она барахталась в каком-то тумане, перед глазами все плыло, тело не слушалось. Немцы потащили ее за руки по холодному каменному полу, потом свернули куда-то за угол, подальше от света. Наконец Магда поняла, что лежит теперь в одной из маленьких боковых комнат. Но почему?.. Здесь солдаты отпустили ее, и Магда догадалась, что они закрывают дверь, так как в комнате сразу стало темно. Потом они, неуклюже толкаясь, навалились на нее всей своей тяжестью и начали поспешно готовиться получить удовольствие, при этом активно мешая друг другу, поскольку один пытался стащить с нее юбку, а другой, наоборот, задрать ее повыше, чтобы можно было добраться до трусов.

Она хотела закричать, но голос почему-то пропал, и сопротивляться уже не было сил — руки и ноги казались сделанными из свинца и больше не слушались ее. Магда даже не испугалась по-настоящему, потому что смысл происходящего доходил до нее сейчас с огромным трудом, преодолевая какую-то туманную толщу неверия и безразличия. Все было, как во сне. За плечами сгорбленных сопящих солдат она ясно видела светлый контур двери, и ей хотелось только выбраться туда, на свет.

И вдруг свет пропал, будто дверь закрыли плотной портьерой. Магда почувствовала, что там, в коридоре, кто-то есть. И в тот же миг раздался оглушительный треск. Двухдюймовая дубовая дверь разлетелась в щепки, с ног до головы покрыв всех троих мелкими обломками дерева. Чей-то мощный силуэт заслонил почти весь проем, преградив доступ свету из коридора.

«Гленн!» — мелькнуло у нее в голове, но эта надежда сразу погасла, как только в комнату пахнуло холодом, и чувство жуткой опасности сковало все ее существо.

Перепуганные насмерть эсэсовцы с громким криком отскочили в сторону. Темная фигура шагнула внутрь, и Магде показалось, что она растет на глазах, раздуваясь и увеличиваясь в объеме. Солдаты в панике рванулись за своим оружием, спотыкаясь по пути о распростертое на полу тело девушки. Но они были слишком нерасторопны. Незнакомец оказался куда проворнее — он наклонился и с невероятной ловкостью одновременно схватил обоих эсэсовцев за горло, а потом снова выпрямился во весь свой исполинский рост.