В машине царило уныние по случаю кончины Исполнителя и потери бесценной телесной жидкости осужденного. Дило всю вину этого происшествия свалил на Ною, брань и упреки сыпались на нее без перерыва. Если бы не она, легкомысленная и чувствительная со своими эмоциями, если бы не ее дурацкая мысль казни подальше от дома, приговор был бы исполнен. Староста и Исполнитель были бы живы и здоровы, а главное, жидкость находилась бы в баке их машины, и ее было бы достаточно для завершения путешествия. Секретарь почувствовал необходимость защитить красивую г-жу Ретрак. Он предположил, что если бы казнь состоялась в доме, то результаты перестрелки были бы еще хуже. Господин и госпожа Ретрак, а также и он, Секретарь, могли бы погибнуть. Даже если бы Судья с полицейскими не застали осужденного в живых, они обязательно попытались бы отобрать жидкость у них или из ванной или из бака машины. Эта теория Секретаря совсем не убедила г-на Ретрака, который по-прежнему пилил жену. Ноа, несмотря на защиту Секретаря, признавала всю тяжесть своей вины и чувствовала себя страшно виноватой и никчемной. Единственное, что могло бы помочь ей отделаться от этого чувства, была новая ситуация, в которой бы она проявила себя и рассчиталась бы за потери, тем самым заслужив прощение и уважение своего мужа.

Секретарь в глубине души гордился собой, поскольку с оружием в руках защитил своего идола. Он убил, по крайней мере, одного из полицейских, а сам сумел остаться в живых. Секретарь почувствовал себя героем фильма, где после свершенных подвигов, он справедливо приобретает право на любовь своей избранницы. Во всяком случае, все свои теоретические знания, полученные в результате многомесячной подготовки, он вложил в практику и, как оказалось, стал настоящим десантником. Он подумал, и некоторое время не мог отогнать эту мысль, что в ходе перестрелки мог бы погибнуть и сам Ретрак. Что было бы тогда? Вместо ответа фантазия развернула перед ним целую историю с главными персонажами: он сам и вдова Ретрак.

Машина шла свои последние километры, если судить по количеству жидкости, оставшейся в баке машины. Жгучим вопросом всех пассажиров было: дотянут ли они до станции отдыха, которая, как они знали, была всего лишь в нескольких километрах отсюда?

Станция отдыха находилась на перепутье и представляла собой довольно непривычное зрелище. Телеги, запряженные лошадьми, ослами, волами, даже верблюды с погонщиками толпились во дворе. Все эти средства передвижения были готовы обслужить любого, кто хотел бы взять их на прокат. Естественно, это был хороший выход из положения для путешествия на небольшое расстояние и для тех, кто не спешил. Однако смешно сравнивать скорость даже лошадиной упряжки со скоростью автомобиля. К тому же, эти лошади были настолько плешивыми и старыми, что не многим отличались от ослов по скорости.

Машине Ретраков удалось доехать до станции отдыха прежде, чем кончилось горючее. На втором этаже здания находились комнаты отдыха для путешественников. Ноа пошла прилечь. Ретрак направился к телефонной будке звонить. Секретарь присел за один из столиков, которых было множество в садике возле буфета. Иногда он поглядывал, то случайно, то безразлично, на окно комнаты, в которой отдыхала Ноа Ретрак.

Дило Ретрак снова стал звонить старостам близлежащих деревень. Однако по той или другой причине, результаты были незначительными и они огорчали. Преступников малого ранга, совершивших разные делишки, было полно. Но хорошие преступники, несущие крест тяжких преступлений, были редки. Их искать - днем с огнем.

И даже этих немногих уже оприходовали другие государственные официальные лица. Например, какой-то министр осудил и казнил кого-то, кто в период прошлой войны специально покалечил себя для того, чтобы не нести военную службу. Какой-то полицейский - какого-то поджигателя. Какой-то мэр - какого-то убийцу. И все в таком же духе... Другими словами, в их распоряжении не было ни одного преступника. Дило Ретрак подумал, что Чрезвычайный Закон, очевидно, должен распространяться и на тех, кто совершил преступления полегче*. Несомненно, какой-то выход должен быть найден, и в ближайшее время. День планеты Аат, несмотря на то, что был очень длинным, уже перевалил за полдень. Он посмотрел, что происходит вокруг. Секретарь вновь глядел на окно. Большой мужик! В нем должно быть было больше чем полтора галлона.

_______________

* В данном случае употребляется юридический термин, определяющий

наказание сроком до пяти лет в тюрьме или большой денежный штраф.

Ретрак вышел из будки, написал записку, положил ее в купленный конверт, заклеил. Затем подозвал Секретаря:

– Передай эту записку госпоже. А я слетаю в соседнюю деревню.

– У вас же кончилось горючее в машине.

– Я возьму лошадиную упряжку.

– Хотите, я поеду с вами?

– Нет, ты, пожалуйста, оставайся с моей женой. Если что-нибудь случится, я дам Вам знать.

Секретарь постучал в дверь Нои Ретрак. Он передал ей записку, и она распечатала конверт. Читала молча: "Секретарь положил на тебя глаз. Дай ему повод. Сделай так, чтобы он бросился на тебя. Заметь... Должно выглядеть, как попытка изнасилования. Не прелюбодеяние... Это еще не преступление. Только изнасилование или попытка изнасилования являются тяжелыми преступлениями. Когда он на тебя накинется, зови на помощь. Делай то, что я тебе советую, если не хочешь полностью потерять мое доверие".

Ноа подумала немного и поняла, что другого выхода у нее нет. Пригласила Секретаря посидеть с ней за компанию. Спросила о семье, о жизни в армии, о его планах после окончания службы.

Секретарь был из хорошей семьи. Отец его был учителем. После службы собирался поступить в Университет. Вся эта информация, похоже, производила впечатление на Ною Ретрак, и она становилась все приветливей и ласковей к нему. Она выразила ему свою симпатию. И как бы подталкивала его раскрыть быстрее свои чувства.