— Да, правительство знало об угрозах. Я уверен, что твой отец и многие другие предупреждали их. Если бы они вовремя нас послушали, они могли бы создать что-то, что могло бы помочь, и население не мутировало бы. На самом деле это карма. И теперь мы пожинаем их ошибки.

— Надеюсь, они смогут найти способ это исправить, — ответила миссис Картер.

— Да, я тоже на это надеюсь, — добавила я. Хотя у меня было такое чувство, что правительство планировало использовать меня для этой цели.

— Как долго вы готовились к солнечной вспышке? — спросил Финн.

— Около семи лет, — ответил Курт. — Вся окружающая нас территория была полностью покрыта растительностью. Поэтому, когда мы вернулись на поверхность, мы были удивлены тем, как резко изменился пейзаж. Все вокруг умерло и исчезло, и теперь мы торчим тут, как одинокий распухший большой палец.

Мистер Картер кивнул и продолжил:

— Однако у нас в приюте есть несколько удивительных ученых, ботаников и фермеров. Они успешно выращивают растения, деревья и траву, которые мы планируем выращивать по всей безопасной зоне. Мы надеемся, что если мы сможем избавиться от большей части отравленной почвы и засыпать все достаточным количеством хорошей почвы, то у нас будет свой собственный кусочек рая посреди окружающего нас ада.

— Я думаю, ваш план был потрясающе хорошо продуман. Построить бункер прямо под вашими домами, а потом подняться и сразу же начать отстраиваться заново.

— Да, — ответил Курт. — Нам еще предстоит долгий путь, но у нас полно времени. Если мы все сделаем правильно, это место может начать процветать. Нам повезло, что мы жили достаточно далеко от ядерных взрывов. Пробы воздуха, которые мы взяли, были чистыми, а в образцах почвы было очень мало радиации. У нас даже есть хороший источник воды под землей. Это колодец, который мы вырыли задолго до солнечной вспышки, и который позволил нам выжить под землей. С этим вполне можно работать.

— В течение последних тринадцати лет мы выживали почти со всеми современными удобствами — водопроводом и горячей водой, туалетами, жилыми комнатами и достаточным количеством пищи. Наш приют мог бы продержаться до двадцати пяти лет. Вот почему мы хотели открыть это место для других выживших. Внести нашу маленькую лепту в помощь тем, кто в ней нуждается.

— Приятно знать, что в этом мире все еще остались неравнодушные люди, — сказала я.

— Согласен, — улыбнулся он. — Я думаю, мы здесь для того, чтобы уравновесить то количество людей, что попытаются уничтожить нас, забрать то, ради чего мы так усердно работали. Вот почему мы должны быть бдительными и защищать то, что принадлежит нам. Уверен, ты меня понимаешь.

— Да, конечно, — ответила я. — Когда я снова увижу своего отца, я расскажу ему об этом месте и прослежу за тем, чтобы он навестил вас.

— Да, пожалуйста, сделай это! Устроим встречу выпускников. Скажи ему, что у меня есть бутылка скотча, специально для него.

— Скажу, но он уже, наверное, для этого слабоват. У нас в приюте не было алкоголя.

Я рассмеялась, и Курт присоединился ко мне.

— Как долго вы решили пробыть здесь? — спросила Лина.

— Я не знаю.

Я пожала плечами и посмотрела на Финна.

— Может быть, еще несколько дней.

Жена Курта, Меган, подошла с подносом, полным оставшихся маффинов.

— Вы можете оставаться здесь столько, сколько захотите. И вам всегда будут рады, если вы решите вернуться.

— Большое вам спасибо, — сказал Финн, взяв себе еще один маффин.

ГЛАВА 6

После завтрака мы последовали за Линой на улицу, и она начала свою экскурсию.

Сначала она представила нас всем охранникам. Они были из её первого приюта и добровольно дежурили по сменам, следя за Арви. Затем она повела нас на небольшую детскую площадку. Почва там выглядела так, словно с нее сняли пласт толщиной в фут, а сверху засыпали чистый белый песок.

— Он как будто новый, — сказал Финн, проведя ботинком по песку.

— Так и есть. Курт и его жена купили детский городок перед выпадением радиоактивных осадков и хранили его в бункере. У них также были мешки с песком, закопанные под землю, как раз для этой цели. Я думаю, они хотели, чтобы у детей было безопасное место для игр. Они подумали о многих вещах, о которых большинство других не подумали бы.

— Это правда. У нас в приюте был подобный детский городок, но не для внешнего мира. А ты разве не говорила, что в твоем приюте был только один ребенок? — спросила я.

— Да. Скорее всего, они думали, что у нас родится больше детей.

Она пожала плечами.

— Но это неважно. Я люблю качели и качаюсь на них все время.

— Сколько тебе лет? — спросила я.

— Пятнадцать, — ответила она. — Мне было почти два года, когда мы спустились под землю.

Ее ответ удивил меня.

— А я думала, что ты моего возраста.

— Сколько тебе лет? — спросила она.

— Мне должно было исполниться восемнадцать. Но я даже не знаю, какой сейчас месяц или день. А Финну скоро исполнится двадцать.