— Нет. — Хэйян вдруг перебил девушку и задумчиво всмотрелся в землю. — После того, что он увидел, он хоть и видит в нас угрозу, но меньшую, нежели в Марке.

— Марке? — Брин удивлённо вскинула бровь.

— Я про Феникса. — поспешил объясниться Хэйян. — Это его настоящее имя. Так вот… я к чему клоню. Если он считает его настоящей угрозой, то он как пить дать, будет пытаться найти против него оружие.

Олекх хмыкнул:

— Выходит, он убежал в оружейную?

— Не всё так просто. — проговорил Арамиль шёпотом. — Хромас тот ещё урод, но точно не безголовый… Чёрт, брат… ты намекаешь на ту девицу?

— Именно.

Брин с Олекхом нахмурились и вопросительно посмотрели на братьев. Хэйян застучал зубами и тяжело выдохнул:

— Если всё и в самом деле так, как я думаю, то он у себя в апартаментах.

— С чего ты так решил? — Брин недоумевала. — Это же нелогично. Он трус, каких ещё поискать. Он бы смылся отсюда как можно быстрее, я его знаю.

— А я знаю, что в том доме находится девушка, которую Марк желает спасти. И Хромас это отлично знает, особенно после увиденного. — эльф мотнул головой в сторону двух трупов. — Видели как Марк взбесился, когда услышал про то, что эти двое издевались над девчонкой? Если он до неё добрался, то он будет пытаться нас ею шантажировать. И вот это уже чертовски хреновый расклад.

— Вот дрянь… — произнесла Брин и выругалась на эльфийском. — А что если забить на девицу и просто грохнуть урода?

— Тогда он, вероятнее всего, попытается забрать её с собой. — проговорил Хэйян и нахмурился. — Не знаю как вы, а я бы не хотел видеть Феникса в бешенстве. И когда он узнает, что мы могли спасти девицу, а сами решили этого не делать…

Брин не стала дослушивать слова ученика и чертыхнулась:

— Ты прав… Что тогда будем делать?

В разговор вдруг влез гном:

— Девушка? Когда он с бабой-то связался?! — Олекх чертыхнулся. — Всегда говорил, что все беды из-за баб! Надо было его этому научить! Чёрт!.. Ладно… тут и ежу понятно, что её надо спасать, иначе худо будет. Где она сейчас находится?

Неожиданно, разговор прервал громкий и визгливый голос Хромаса. Он стоял на балконе своих апартаментов и держал одной рукой Лизу, приложив второй рукой кинжал к её горлу. На его лице читалось бешенство, безысходность и безрассудство.

— Здесь! — прокричал он и попытался с силой сжать девушке руку, но она едва ли что-то почувствовала. — А вы, уроды, скоро будете гнить в земле!.. Сложите ваше оружие, если хотите оставить её в живых! И я обещаю, что ваша смерть будет не такой мучительной! Сейчас же!

[1] Моргион — Бог тлена, гниения и болезней. Противостоит безболезненной смерти, безопасной жизни и здоровью.

Я очнулся в холодном поту, накрытый какими-то тряпками. Аккуратно приподняв ткань, я осознал, что нахожусь в тени, и солнце мне не угрожает. Скинув бесполезную накидку, я мотнул головой и встал на ноги, оглядываясь по сторонам. Зрение не сразу вернулось в норму, сильно мыля всё вокруг. Зато я отчётливо мог слышать, но звуки не давали мне внятного представления происходящего. Кто-то постанывал, что-то фыркало, а где-то в отдалении слышались сильные порывы бушующего ветра.

Вдоволь проморгавшись и протерев глаза руками, я вгляделся в окружение и невольно замер. Вокруг была самая настоящая кровавая баня. Поляна была буквально залита кровью и разбросанными вокруг останками тел. Во главе всей этой бойни находился вервольф собственной персоной. Я впервые видел его под солнечным светом. Моё тело онемело, волосы встали дыбом, а дыхание сбилось.

Даже находясь от меня в десятке метров, он возвышался над поляной как трёхметровый исполин. Его длинные и мускулистые передние лапы касались земли острыми когтями, местами впиваясь в мягкую плоть мёртвых эльфов. Он стоял над чьим-то трупом и тяжело дышал, скосив красные глаза в мою сторону. Сделав шаг назад, я споткнулся о чью-то оторванную руку. Дёрнувшись, я быстро пополз назад, пока не упёрся спиной в толстый ствол исполинского дерева. Повернув голову вбок, я увидел оторванную голову одного из эльфов, сопровождавшего Хромаса. На застывшем лице эльфа отражался неподдельный страх и ужас, но говорить он уже не мог.

— Какого хрена…

За десять минут до этого…

Брин с остальными товарищами Феникса стояла на поляне и слушала монолог безумца, возомнившего себя Богом. Выкрикивая бесчисленное множество оскорблений и не стесняясь упрекать настоящих Божеств в гнусности и меркантильности, он активно жестикулировал и плевался с балкона желчью. Стоящая рядом с ним Лиза держалась достойно, стараясь не шевелиться, чтобы лишний раз не подставиться. Лезвие, приставленное к её горлу, было настолько острым, что малейшее колебание могло привести её к быстрой и неминуемой гибели.

Неожиданно появившийся на поляне Кернун слегка отодвинул этот момент, но лишь для старого гнома. Он остановил время и был виден только Олекху, пожелав не показываться никому на глаза.

Проявившись в самом центре рядом с бессознательным Фениксом, Бог устало вздохнул и посмотрел на гнома:

— Снова всё через одно место, да?.. — Бог с силой сжал губы. — Ладно… теперь мы хотя бы знаем, что у его способностей есть ограничения. Очень хорошо…

Опешивший от неожиданного Божественного проявления, гном не сразу осознал, о чём говорит Кернун и вопросительно уставился на Божество. Переведя свой взгляд на старика, сатир поспешил объяснить смысл своих слов: