Я кивнул. Вроде никаких особых требований пока не было.

— И много лутеров на Гринберга работает? — спросил я.

— Да, хватает, — пожал плечами Костас, — но не «на него», а «с ним». Лутеры просто таскают ему хлам.

— Так как мне встретиться с Гринбергом? — спросил я и усмехнулся. — Хоть узнаю, сколько стоит билет, или что Гринбергу за него надо.

— Ну… — Костас задумался, — давай свой канал, и тебе сообщат, когда будет встреча.

— И где она обычно проходит?

— Не дрейфь, охрану мы берем на себя. И ты там будешь не один — все лутеры подтянутся, кто работает с нами и Гринбергом. Но теперь у меня возникла проблема.

— Какая?

— Видишь ли…Бес и Барон решили меня подвинуть не просто так. Это не обычный раздел зон влияния.

— А что же?

— Скажем так, я отвечаю за безопасность контрабандистов в черте города. Кроме того, именно силами моих людей и мной самим обеспечивается свободный проход контрабандистов сквозь защитный периметр, окружающий город.

— Как так? — удивился я.

— А вот так.

— Подожди, — остановил я его и уточнил, — ты хочешь сказать, что можешь контролировать охранные башни?

Данные строения находились в некотором отдалении от города. И именно они не позволяли подобраться к нему ни по земле, ни по воздуху. Единственный «проход» был в точке, где скаут «Гардена» в щепки разнес две башни. Но этот проход, насколько я знал, очень хорошо охранялся. Там и мышь не проскочит. И вот теперь выясняется, что мары создали себе отдельный «коридор», и ходят по нему без всякой опаски.

Получается, они в любой момент могут свалить из города «Арматеха», но почему-то этого не делают? Почему?

Этот вопрос я и задал Костасу.

— Мы собирались сделать Хруст свободным, — пояснил он, — никаких корпоратов, никаких законников от Земли. Здесь законом будем мы сами.

— Угу, — хмыкнул я, — видал я уже такие планеты…

— Очень сомневаюсь, — холодно ответил Костас.

— Ладно, не о том речь. Получается, Бес и Барон решили тебя вальнуть, чтобы получить контроль над проходом в город?

— Ну и приятным бонусом им будет моя территория и мои люди, если им удастся убрать меня. А вообще, судя по всему, они просто решили подмять торговлю с контрабандистами под себя.

— И что ты теперь будешь делать? — спросил я.

— Ну…есть у меня идеи. Однако мне нужны и лутеры, которые согласятся выступить вместе со мной против Беса и Барона.

— Завалить Беса я только рад, с недавних пор это мой личный враг. А вот Бароном займется один мой приятель. Уже занимается.

— И кто же это?

— Диса.

— Ага! — произнес Костас и замолчал.

— Что?

— Кажется, я понял, кто ты, — задумчиво произнес Костас.

— И кто же? — усмехнулся я.

— Ну…ходили слухи, будто Диса себе нового помощника взял, опять в бонны подался.

— «Опять»? — переспросил я. — А почему он прекращал вообще этим заниматься?

— Это уже у него спроси, — хмыкнул Костас.

— Ну ладно. Так что, ходили слухи, и?

— Диса мало того, что вместе с этим помощником положил Беса с телохранителями, так еще потом и что-то у Барона украл…

— Вранье! — заявил я. — Ничего мы не крали, а честно вынесли.

— Ага, с территории Барона, ни хрена ему с этого не заплатив.

— Я контролеров на входе-выходе не видел, — пожал я плечами.

— Ну да, ну да… — кивнул Костас. — Ну так вот: Беса завалили, Барона обворовали и…ах, да! Еще ведь у Беса его любимую игрушку отжали…

— Было дело, — снова кивнул я.

— А кстати, что там случилось потом? — поинтересовался Костас. — А то ни хрена не понятно, а мне очень интересно. Вас с Дисой поймали, или вы умудрились пошинковать людей Барона?

— Положили несколько баронских, — ответил я, — потом Бес хотел свою винтовку назад отжать…

— О, да…про это слышал, — хохотнул Костас. — Плазмограната там всех размазала?

— Угу, и меня в том числе…

— Ну, это бывает. Но как там Бесу досталось…м — м–м… — Костас выглядел как кот, который только что впорол тарелку вкуснейшей сметаны, — всех его ближайших шестерок положил, всю их сбрую…да еще и винтовку Беса. Он рвет и мечет. Кстати, ты знаешь, что за твою голову пять кусков назначили?

— Что-то мало, — ухмыльнулся я.

— А ты еще ему чего-нибудь натвори — он цену и поднимет, — подсказал Костас.