Такэда «сёк». Теоретически Вселенная, живущая по законам статистической физики, должна представлять собой Вселенную большого биллиарда. Траектории ее объектов изменчивы, быстро теряют устойчивость и не обладают памятью о начальных условиях движения. Теоретически. А на практике?

— Можно проверить? — спросил Толя и, не дожидаясь ответа, разрядил арбалет в голову черепахи.

Удар стрелы — свернутого пространства — был страшен. Она пробила голову навылет, прошла горообразное тело черепахи и умчалась вдаль, не снизив скорости. И тут же ландшафт стал изменяться, равнина с куполами спящих черепах превратилась в пустыню с разбросанными то там, то здесь группками удивительных скал, с крупным, как рис, перламутровым песком, с долинами пересохших рек. Лишь небо почти не изменилось, оставаясь бархатно-черным, с крупными звездами и крыльями туманностей.

— В следующий раз предупреждай, — буркнул Сухов. — Метаморфозы и переходы из зоны в зону здесь небезобидны.

Такэда поклонился, не сводя глаз с ближайших скал, вернее, с того предмета, который лежал за ними. С виду это был полузасыпанный песком скелет гиганта длиной чуть ли не в полкилометра.

— По-моему, мы попали на верную дорогу, — развеселился Дадхикраван. — Это Фаридун, земля турсов. Дворец Гиибели где-то рядом, за двумя-тремя переходами. Предлагаю поискать здесь помощников. Турсы в свое время выступили против демономагов, и Гиибель превратила их мир в своеобразную тюрьму, переступив невидимую границу которой они лишились разума и магических сил. Видите скелет? Это скелет Траэтаона.

— Э-э? — произнес Такэда. — Но ведь насколько я знаю, турсы — это тролли?

— Не только. Это исполины, предшествующие богам и людям. Святогор, как вы уже знаете, тоже был одним из них, вот почему его меч столь необычен, универсален и могуч. По преданию, турсы — потомки одного из nusquam est qui ubique est…[75] Вы не правильно называете его Богом данного мгновения. Но и я мало что знаю о нем и его племени. В памяти сохранились лишь намеки моего создателя на то, что они — из более сложных систем вселенных и могут быть очень жестокими. Они могут вмешаться в любую ситуацию и в любой момент, верша мгновенный суд. Не знаю только, справедливый или нет.

— Я слышал об этом, — кивнул Сухов. — Я еще не все понимаю из того, что приходит мне по каналу Вести, но о «мгновенном Боге» сведения действительно противоречивы. Ну, а турсы первыми начали обживать Шаданакар, Люцифер объявился позже. Игвы, раругги, хаббардианцы и прочее — почти современники людям Земли, ну, может, чуть постарше.

— Время, — напомнил Дадхикраван. — Идти нам далеко, а нюх у Гиибели на магов тоньше любого. Садитесь-ка, друзья, на меня, я ведь все-таки в некотором роде конь.

Такэда, сраженный тем, что услышал только что, замешкался, и Никита подтолкнул его в спину:

— Садись. Эта пустыня лежит не в трех измерениях, как тебе кажется, а в семи, поэтому своим ходом к Гиибели не попасть.

— Да я и не очень-то стремлюсь… — Такэда запнулся, увидев, как Дадхикраван из подобия человека превратился в огненную лошадь с гигантскими крыльями. Сухов молча подхватил инженера под мышки и легко усадил между крыльев, сам устроившись сзади.

— Держись за гриву. Кстати, обрати внимание на скалы.

— Уже обратил. Похожи на карликов… или гномов. Они живые или — причуда местной природы?

— Дадхикраван только что говорил о них. Это турсы, пытавшиеся переступить границу Гашшарвы. Они живы, но «рассыпаны» по другим измерениям, время для них течет иначе.

— «Рассыпаны» как… Ксения?

Сухов заметно вздрогнул, но ответил не сразу.

«Конь» — Дадхикраван рванулся вперед, набирая скорость, и вскоре воспарил на крыльях, превративших его в полуорла-полудракона.

— Ксения «рассыпана» по уровню гипер, — проговорил наконец Никита угрюмо. — И терапия ей необходима того же уровня.

Толя не стал спрашивать, что это такое, заметив, как сжалась рука Сухова на рукояти меча. Подумал только, что подобная терапия — если Никита имел в виду меч — полезна далеко не всем. Никита, который услышал его мысль, печально улыбнулся в ответ. Он и сам не был уверен, что сможет вернуть Ксению такой, какой она была.

Спустя час, если судить по субъективному восприятию времени Такэдой, пустынный ландшафт под крыльями Дадхикравана резко изменился. Толя удивленными глазами смотрел, как ветер гонит волны с барашками пены по морю без конца и края. Никакой границы или берега они не пролетали, внизу расстилалась пустыня с барханным узором — и вдруг сразу появилось море. Еще через несколько секунд в волнах показался остров, напоминающий гигантский черный каменный столб с плоской вершиной. Диаметр острова не превышал трех-четырех километров, но его пересекала река, словно обрубленная с двух концов, ограниченная размерами острова. Она спокойно вытекала из ничего, из воздуха, и точно так же исчезала в никуда. А на ее берегу расположилась группа из пяти всадников: пятеро черных коней в кольчужных накидках, пять высоких фигур в черных плащах с капюшонами, скрывающих руки и ноги.

У Такэды заныли зубы, так он их сжал. Было ясно, что отряд стоит здесь давно и ждет их.

— Плащи… — тронул Толя Сухова за руку. — Снова ЧК? Или все слуги Четырех носят такие плащи?

— Плащи — это реакция твоих органов чувств, — нехотя сказал Никита. — Наверное, у тебя зло и ненависть изначально ассоциируются с черными плащами. На самом деле одеты они иначе.

Между Суховым и Дадхикраваном произошел секундный пси-разговор, и летающий конь начал снижаться.

— Будем драться? — полуутвердительно спросил Такэда. — По всему видно, что эти всадники… Апокалипсиса ждут нас.