– Ага, я так и подумала.

– Вы находитесь в моем особняке. Всего лишь в десяти минутах ходьбы от места проведения праздника. И если будете вести себя разумно, скоро вернетесь обратно.

Прямо напротив меня загорается экран монитора, и взору предстает площадь, с которой я недавно уехала. Мороз Илья мечется по ней на пару с Дружком и вертит головой во все стороны. Тут взгляд его натыкается на тулуп, оставленный мной на скамейке. Он быстро достает телефон.

– Кстати, вот и ваш напарник, случайно не вас ищет?

Тут же оживает мой мобильный.

– Я могу ответить? – интересуюсь у похитителя.

– Пожалуйста.

– Да, Илья.

– Маша, ты где? – орет Северов.

– В гостях.

– Да? – голос его становится спокойнее, - ты не говорила, что в этом городе у тебя есть друзья.

– Я не у друзей. Тут один тип, называющий себя Дедом Морозом, похитил. Но ты не волнуйся, он вроде не буйный, обещает отпустить.

– Что? Можешь сказать, где находишься?
– голос Северова снова приобретает повышенные тона.

Собираюсь ответить, но связь прерывается.

– Поговорили и хватит.

Мужчина подходит ко мне и забирает из моих рук телефон. Отключает звонок и возвращает телефон мне. Теперь я могу рассмотреть его лучше. Брюнет лет пятидесяти с сединой у висков и цепким взглядом. Довольно красивое породистое лицо кажется смутно знакомым.

– Вы…

– Да, известный актер, и вы сто раз видели меня по телевизору. Но, конечно, не являетесь моей фанаткой, поскольку не смотрите сериалы. Я прав?

– Да, но…

– Мой отец всю жизнь играл Деда Мороза на елках. Когда праздник запретили, он продолжал устраивать его дома для нас, своих детей. И это было настоящей сказкой, волшебством. Поэтому я пообещал себе, что, когда вырасту, продолжу традиции отца. «Даешь Новый год» долгое время находилось в тени. Постепенно, действуя из подполья, мы сумели найти союзников. И сейчас вы имеете счастье наблюдать переломный момент. Этот день будет внесен во все учебники по истории. А вы, как очевидец событий, будьте любезны позаботиться о распространении полной и достоверной информации. Только прошу, не упоминайте мое имя, пусть этот маленький секрет останется между нами. Нагоните волну таинственности. Пусть все поверят в настоящее волшебство.

Тут на меня спускается озарение.

– Ну конечно, вы Иван Серебрянский, в прошлом году получили премию «Золотой лев» за лучшую мужскую роль в какой-то мелодраме, я точно не помню. Сын знаменитого в прошлом актера Петра Серебрянского, главного преступника столетия.

– Героя столетия.

– Откуда у вас старинный реквизит? – проявляю любопытство.

– А, это. Отец успел спрятать большую часть, прежде чем имущество конфисковали, а его отправили в ссылку.

В комнату вдруг врывается громкий голос из динамика.

– Иван Петрович, ту какой-то тип попытался перелезть через забор и свалился мне на голову. Я его вырубил на всякий случай.

– Спасибо, Сергей.

Серебрянский берет со стола пульт, нажимает на кнопку и теперь на экране мы можем видеть двор. Жаль, картина безрадостная.

На снегу лежит плашмя и не подает признаков жизни до боли знакомый Дед Мороз, в сбившейся набекрень шапке и съехавшей с лица бороде.

– Ложная тревога, это всего лишь директор, точнее бывший директор, Корпорации. Оттащи куда-нибудь, чтобы под ногами не путался, - произносит Серебрянский.

– Илья, боже мой! – тревога вырывается из меня против воли.

– Вы с ума сошли?

Вскакиваю с места и накидываюсь на хозяина дома.

– Вы его убили!

Хочу броситься к двери, но Серебрянский оказывается рядом и преграждает путь.

– Спокойно, Мария. Мне о вас говорили, как о крайне уравновешенной особе. Оклемается ваш Северов, ничего с ним не будет. Мы вполне миролюбивое общество и никого не убиваем. Разве Уточкин не пример? Так что садитесь обратно в кресло и продолжим разговор.

– Я не смогу написать то, о чем вы просите. Я не верю в волшебство.

– Вам придется поверить. А чтобы вам было легче это сделать, со всей ответственностью заявляю, что оно есть. Действительно есть. Слышали о таком понятии, как коллективный разум? Рано или поздно вы сами в этом убедитесь. Хотите пари? Если ваше желание сбывается, вы пишете, если нет, делайте что хотите.

– Согласна.

– Ну а теперь позвольте откланяться. Дела. И помните о том, что я вам сказал по поводу упоминания в этом деле моей персоны.