Ну пойдем, узнаем, где наша лежка на ближайшие три месяца.

СВИНАРНИК! Нет, вы понимаете, всех простолюдинов поселили сюда. Даже пара девиц тут лежали. Хоть бы понять, кто тут старший или распределитель. Завертев головой, я никого не нашел. Ну и ладно. Перетащив охапку сена поближе к стене, завалился на него. Классно в фильмах, двое на сеновале и все такое, но спать на сене то еще удовольствие — все лезет под одежду, острые соломинки похожи на иглы. Но пора спать, так, выравниваем дыхание, сердце перестало бухать, теперь начинаем думать о будущем и мерно-мерно проваливаемся в сон.

Утро. Сознание вернулось рывком, а что меня разбудило? Вокруг тишина и только дверь загона тихо скрипнула. Ого! Утренняя побудка.

— ПОДЬЁООООООМ!

Громчайший крик разнесся под крышей, ну точно армия, мне показалось, даже здание задрожало.

Вокруг кто-то пытался встать, кто-то тер глаза, а я спокойно подошел к мужику в легком кожаном нагруднике и с какой-то палкой на поясе, отдаленно напоминающую рукоять оружия. А может и не палку, может это железка — не понятно ничего, цвет как у обожжённого дерева.

— Все мальчики за мной, бабы могут дальше спать! — гаркнул он, после такого крика я бы уже не уснул.

Широкая спина пропала за створками сарая.

Я вышел на улицу первым, рассвет только показался из-за горизонта, за мной вывалилась остальные. Ого, да нас тут целых двадцать семь человек. Неплохо. А вон и мои побратимы с первой встречи, я улыбнулся и помахал им ручкой, а они сделали в ответ кислые лица — неблагодарные какие.

— В одну шеренгу становись! — ну и голос у мужика, оглушить может.

Я, конечно, не совсем уверен, слово для меня новое, но я так понял — это «наша» шеренга. Зато остальной народ не понял ни хрена и началась полная суматоха. Пришлось встать недалеко от нашего военного и, вытянув правую руку вбок, заорать:

— Рядом со мной. По праву руку. Становись по очереди!

Ребята смотрели с сомнением, а опытный военный уже начал раздавать пинки особо тупым. Так как я тут был самым высоким, так и остался стоят первым. В итоге, строй собрался минут за пять.

— Как зовут? — спросил "крикун". Ох, блин, это же армия!

— Ал! — и вытянулся по струнке, верно поедая глазами, хотя уже знал, что произойдет.

Удар в солнечное сплетение был не сильный, но меня бросило на колени, а в глазах потемнело.

— Понял за что? — ласково спросил большой и сильный дядька.

— Таааа, — просипел я, пытаясь встать в строй. В глазах успел прочесть на мгновение мелькнувшее уважение и, даже, ощутил симпатию.

— Итак, — снова заорал перед строем мужик, — вы, сопли жеванные, в академии! Вы, салабоны, будете трудиться, каждый день, утром и вечером! Будете работать, пока я не скажу, что из слабаков, вы стали хоть на что-то годны. А теперь, вы, трое, — он указал на крайних трех в шеренге, — чистить свинарник, остальные вокруг него бегать!

Трое пытались что-то вякнуть, но командир рявкнул, и они быстро-быстро побежали выполнять поставленную задачу, а я повернул и побежал, следом, побежали остальные. Длинные ноги, с учетом роста, давали мне возможность легкой ланью стелиться над землей, сила, запущенная внутри, курсировала и лечила одновременно. Устать невозможно. Все простолюдины были усилителями, думаю, у них тоже не было с этим проблем. Кстати, а где этот надоедливый маг Ола? Нет его. Потом разберусь.

— Быстрее, козьи дети! Еле ползете! — ему только хлыста не хватает для полной картины.

Ну вот, отставать уже начали, странно, по мне так в таком темпе я могу продержаться несколько часов точно, а то и дней.

После небольшой пробежки, всего часик, что это для усилителей? Хотя многие были на последнем издыхании. Очень странно, наверное, не научились нормально крутить манну по телу. Нас снова построили в шеренгу.

— Где эти уборщики? А ну, ты, — он ткнул в крайнего слева, — позови их сюда.

Ну сейчас будет еще пол часа оскорблений и нас отпустят на завтрак. Ну вот. Я так и знал, пол часа нас полоскали, рассказывали, какие мы не достойные, такого великого учителя. Ничего нового.

— Ал, ко мне! — закончил он свою речь.

В этот момент, я чуть не упал от удивления, но быстро сориентировался, выбежал из строя и, долетев до военного, вытянулся в струнку. Три строевых не чеканил и руку к голове не прикладывал. Хрен знает, как у них тут надо воинское приветствие обозначать.

— Значит так, скоро пробьет колокол, это завтрак, к тому моменту, вы уже должны стоять у воооон того здания. — он махнул рукой куда-то в сторону одноэтажной деревянной постройки, — после него сразу идете туда, — снова взмах, но уже в сторону большого особняка, — понял?