Телефонный звонок отвлёк от воспоминаний.

— Давид Рустамович, вас во сколько ждать?

— Чего надо? Говори сразу!

— Тут привезли выпивку для бара, три ящика. Я, конечно, не спец, выпью всё, что горит, но, кажется, это дерьмо какое-то… Хотя этот чёрт клянётся, что лучшее качество. Сказал, что без вас принимать не буду.

— Приеду через час.

Уже хотел повесить трубку, как Гром опять заговорил, запинаясь:

— Тут ещё кое-что…

— Ну! — гаркнул в трубку. Ненавижу, когда он так делает.

— Два наших парня запалились… Эм-м… обоих повязали, — сразу заторопился тот.

— Кто?

— Новенькие.

— Понял. Ну, ничего, не повредит.

— Они всё выложили… — снова с заминкой добавил Гром.

День начался не с того. Портниху не забыл, сигарет нет, а ещё и это.

— Ты, кусок дерьма! Почему начал втирать мне про бухло, когда есть дела поважнее?! Узнай, что они успели рассказать! — проорал и отключился.

Вскочил с кровати, натягивая штаны. На часах был полдень. Быстро съев то, что состряпала Рита, поехал в бар. В случившемся есть один большой плюс: думать о Портнихе некогда. Даже сейчас почти не вспоминал о том, как она выгибалась мне навстречу, как стонала, как горели её глаза... А оргазм, который накрыл её, будто первый в жизни…

Вдавил педаль газа на полную. Если она не придёт сегодня, то пожалеет.

Глава 19

Домой идти не хотелось. С радостью отработала бы ещё одну смену вместо готовки с Тамарой Михайловной. Изучив сумку, убедилась, что больше сюрпризов, кроме пачки денег, нет. Паспорт, телефон, помада и теперь уже ненужные ключи — всё на месте.

Это плата за секс? Он принял меня за проститутку? Неудивительно, если отдалась первому встречному. Но как же обидно и больно… Зачем тогда он хочет, чтобы вечером я пришла к нему? Или такая сумма — аванс, чтобы ещё несколько раз его удовлетворила?

К деньгам я не притронулась. Навскидку тут было около ста тысяч. Теперь точно зайду в злополучный бар, чтобы швырнуть ему в лицо эти деньги и распрощаюсь с ним навсегда!

Так разнервничалась, что не сразу услышала, как Маша уже не в первый раз обращается ко мне:

— Ле-е-ен! Ау! Ты в облаках витаешь, — улыбаясь, повторила она.

— Прости. Что ты говорила? — повернулась к ней.

— Говорю, что ты большая молодец! Первый раз делала такую сложную операцию! Сама! Мужчину спасла! А я только и могу бумажки перебирать…

— Перестань. Не делай из меня героя. Это моя работа, — отмахнулась я. — А про себя так говорить не вздумай! Может, ты и сама не знаешь, на что способна! Возможно, ты всех нас ещё удивишь, — подмигнула ей, снимая халат и убирая его в шкаф.

Я ведь не могла успокоить Машу, сказав, что это была моя вторая операция. Первую провела в полевых условиях, будучи нетрезвой и напуганной. Наверное, поэтому во второй раз уже не так тряслась.

Маша подошла ближе и обняла меня. Почувствовала себя неловко. Мы не были подругами, а всего лишь иногда нас ставили вместе в смены.

— Спасибо, Лен! Ты единственный человек, который ещё верит в меня! Все уже давно потеряли всякую надежду, что я избавлюсь от своей фобии…

— И ты верь! Так и будет! — Обняв её в ответ, подумала о том, что не могу вот так же поддержать саму себя. Вместо этого нахожусь в ситуации вечной неуверенности и сомнений.

— И, знаешь, у тебя такой вид… — наконец отрываясь от меня, задумчиво сказала она.

— Какой? — Я напряглась, боясь услышать: «Такой вид, будто ты занималась сексом в ординаторской».

— Словно влюбилась! Повезло тебе с мужем, да? — улыбаясь, спросила она.

Мне ничего не оставалось, как кивнуть. Влюбилась… Что за чушь! Ни в кого я не влюблена! То есть мужа я люблю, а это посерьёзней всяких непостоянных влюблённостей.

Окончательно запутавшись в своих чувствах, я собрала вещи и быстро распрощалась с Машей. Хотела тоже взять такси, так как голова раскалывалась, и накатывала усталость от бессонной ночи. К своему разочарованию обнаружила, что потратила последние деньги на доставку Тамары Михайловны. Собрав последние силы, пошла на автобусную остановку. Мысли взять грязные деньги даже не возникло.

Сев в автобус, позвонила Вере. Обычно, когда нас ставят на дежурство не вместе, утром дожидаемся друг друга, чтобы сообщить последние новости и попить кофе.

— Привет, Вер. Прости, что не дождалась. Тамара Михайловна потом вынесет мне мозг, если приду на час позже…

— Привет! А я уже Машу терроризирую вопросами насчёт тебя. Она мне все уши прожужжала об операции! Ты такая крутыха! Поздравляю с боевым крещением! — затарахтела подруга.

— Она меня перехваливает, — сказала я, жалея, что не могу рассказать подруге о злоключениях своей жизни. Пока не могу.