— А еще мы провели полное обследование — за исключением сердца, у Гогоревой-сенсей поразительное здоровье для ее возраста. Но она несколько лет назад ломала тазобедренный сустав, и он сросся не совсем правильно.

Вот почему Елена Николаевна немного прихрамывает.

— Мы могли бы заменить его протезом, — Предложил Сугавара и добавил: — Все равно после операции ей восстанавливаться около трех недель, так что…

— Я поговорю с ней, — Кивнул я.

Доктор раскланялся с мамой и сестренкой — последняя лежала в кровати под одеялом, а мама читала ей «Махоутокоро» — девочка его читала сама, но, похоже, не против послушать.

Издание, кстати, чуть хуже, чем в английском «самиздате» — бумага порыхлее, картинок поменьше. Что-то мне «Шуейша» перестает нравиться — «Шогакукан»-то за Хэруки аж лимузин прислали! По «Покемонами» попробуем договориться уже с ними — по контракту в «Шуейшей» не запрещено, он — только на конкретные книги и серии.

Мама зыркнула на меня, я послушно вышел из чердачной комнаты сестренки в коридор — Чико будут немножко раздевать, а она с недавних пор начала меня стесняться, как и положено девочке ее возраста. Дети в наши времена так быстро растут…

Слушать никто не запрещал, и я обрадовался подтверждению моего диагноза доктором — самая обычная простуда, а Чико останется дома на целую неделю. Со мной! Сестренку жалко, но я — очень рад, все равно активности у меня намечены только «домашние», за исключением бокса и уроков музыки, так что смогу за ней поухаживать, отплатив за заботу во время недавней ветрянки.

— А теперь давай осмотрим тебя! — Выглянул в коридор Сугавара.

Прошли в комнату мою, меня подвергли осмотру и вынесли вердикт — здоров, как бык.

— Так что можешь идти в школу, Иоши-кун! — Порадовал меня доктор.

— У меня отпуск! — Не удержался я.

— Что? — Полезли на лоб глаза Сугавары.

Хохотнув, объяснил по пути вниз, куда нас сопровождала мама Хомура, поэтому доктор немножко косил глазками. Не осуждаю — где еще такую лисичку увидишь?

— Вот оно что! Тогда, если хочешь, я мог бы довезти тебя до аптеки, — Предложил он, начиная выписывать рецепт.

Заметил, что мама Хомура набирает в грудь воздуха — это явно чтобы выдать что-то в духе: «Лучше я сама». Не, хочу прогуляться!

— Буду благодарен! — Поклонился я и побежал одеваться.

Заглянул к сестренке — грустная девочка сидела на кровати завернувшись в одеяло и наблюдала через окно за Сакамото-саном, который совершал утренний обход территории, время от времени ежась от тумана и утреннего холода.

— Я сейчас сбегаю за лекарствами, а потом чем-нибудь займемся, ладно?

Девочка повернулась ко мне, слабо улыбнулась:

— Угу! — Кивнула она и закашлялась.

Сочувственно погладив ребенка по голове, спустился вниз, накинул плащ, сунул ноги в берцы и почапал за доктором, пообещав маме скоро вернуться.

— Сустав это вы хорошо предложили, но она же после замены не три недели восстанавливаться будет?

— От полутора до трех месяцев, — Кивнул доктор, — Но, разумеется, не все это время придется лежать в больнице.

А сценарий «под Гоголеву» у меня заготовлен такой, что ходить ей придется очень много, причем по пересеченной местности — прямиком до Оскара. Впрочем, если бабушка не потянет — ничего страшного, другой сценарий гораздо менее динамичный, она там полфильма в коляске, опять же, будет прямо к Оскару ехать.

Можно спросить о здоровье советских детей, но смысла нет — здесь я инфу получаю регулярно, причем не только от Люды, но и от Рику-сана, который возит мне копии отчетов для фонда. С детьми все хорошо настолько, насколько может быть в их ситуации. Увы, в палате поддерживается стерильность, поэтому пускают только ближайших родственников — это Федю, Люду и Сэки-сана. Впрочем, отправить деточкам кучу игрушек это не помешало — все обработали должным образом и передали.

Попрощались у аптеки — обратно пешочком, Сугавара вообще-то занятой и моим водителем работать не нанимался. Купив нужное, направился домой, по пути заглянув в минимаркет, где купил мёда — у нас закончился. Задумался, чем еще порадовать захворавшую девочку и решил приготовить «торт из желе». Купив все нужное, отправился домой.

На мосту, опершись на перила, стоял какая-то фигура в черном балахоне, из-за чего я немного напрягся — однажды меня так встретила Сэкера-тян, чья мама недавно получила полста тысяч долларов от фонда «Хонда» под каким-то выдуманным предлогом — это я немного подлечил совесть.

Фигура повернулась ко мне.

— Меня ждешь? — Спросил я, узнав Кеиджи.

— Тебя! — Ответил он, сунул руку в карман на животе и достал оттуда деревяшку, взялся другой рукой, потянул.

— Ого, это же аутентичный танто якудзы! — Оценил я. Похожим будет орудовать Маджима из серии "Якудза", но это через много лет, а сейчас, судя по всему, Кеиджи за что-то собрался меня резать.