Грангарий метнулся к десятнику.

— Переводил?

Десятник стоял бледный, как полотно, и было видно, что его вот-вот хватит сердечное недомогание.

— По инструкции не имел права, но… — судорожно прошептал он.

— Что «но»??? — рявкнул Грангарий.

— Но он мог. Может, перед бабами пальцы гнул… — десятник понял, что сказал лишнее, и заткнулся, выпучив глаза.

— Перед какими бабами? — процедил Грангарий, гипнотизируя его змеиным взглядом. — Говори!!! Иначе прикажу посадить тебя на кол!

У десятника по лбу покатились крупные капли пота.

— К Вагибу, то есть дежурному, шлюхи сегодня приходили… — пискнул он, приняв единственно правильное решение не пытаться выгораживать Вагиба. Своя жизнь дороже. — Пришли. Детан говорил, что обе страшные, некрасивые. Потом ушли.

Грангарий зарычал и выскочил из камеры. Все присутствующие бросились за ним. Комнаты дежурного по тюрьме толпа достигла всего через несколько минут.

Первым в дежурку ворвался Грангарий, вторым — Бруно, за ними остальные.

— Спасите-е-е-е!!! Помогите-е-е!!! — навстречу им раздался отчаянный вопль.

Все застыли на своих местах, пораженно глядя на представшую перед ними картину. Даже Грангирий, намеревавшийся придушить дежурного своими руками, молча стоял и смотрел.

Дежурный лежал на столе. На спине, со впущенными штанами, с привязанными к столу руками и примотанными к груди коленями. Из его мохнатой задницы торчал большой кусок символа веры богини Чареции. Судя по его габаритам, весь символ в целом был весьма внушительных размеров.

— Охренеть… — нарушил тишину десятник. — Погулял Вагиб со шлюхами…

— Шлюхи, — очнулся Грангарий, и подошел к лицу дежурного.

Тот, увидев перед собой высокопоставленного чиновника Тайной канцелярии, простонал:

— Ваше высокопревосходительство, помогите! Выгоните из дежурки всех и освободите меня!

Грангарий злобно ощерился.

— Я даже не буду спрашивать, как дежурный по Центральной тюрьме оказался в таком положении. Просто ответь мне на один единственный вопрос. Где Корявый и Щегол?

Вагиб дернулся.

— Это сделали две преступницы! Проникли сюда непонятно как! Надругались надо мной и вытащили подельников!

— Десятник, — обратился к старшему стражнику Грангарий. — Слышал? Дежурный говорит, что преступники к нему без его ведома нагрянули. А ты говорил, это были шлюхи. И пропустил ты их по его прямому приказу!

— Так и есть, Ваше высокопревосходительство! — торопливо заявил десятник. — Он врет! Все он знал! По его устному распоряжению стражник проводил к нему двух шлюх!

— А выводили как? Их тоже было две?

— Так точно!

Грангарий на несколько секунд прикрыл глаза, пытаясь понять, как две проститутки могли вывести двух заключенных.

— Говори только правду, — потребовал он от десятника. — От этого зависит твоя жизнь. Вы их досматривали на выходе?

— Нет, — поник десятник.

— Во что они были одеты?

— В длинные платья. До пола.

Грангарий скрипнул зубами. Похоже, он нашел способ, которым воспользовались преступницы. Вывели Корявого и Щегла под юбками!

— Насколько рослыми были… проститутки?

— Почти на две головы выше вас, Ваше Превосходительство, — отчеканил десятник. — Здоровые, некрасивые. Но точно бабы! Уверяю вас!

— Я уже понял, что не Смэлл и Плевакус, — пробормотал Айзек. — Те прикрытие обеспечивали. Привлекли все внимание к своей вечеринке, а их сообщницы в это время провернули дело. Что ж… Неплохо, неплохо.

Положив руку на торчавший из зада дежурного предмет, Грангарий с силой ввернул его до конца. Комнату огласил отчаянный вопль.

— А-а-а-ааа!!!

Грангарий дождался, пока крики не превратятся в жалобные хныканья, после чего обратился к Бруно.

— Эту дубину из его задницы не вытаскивать. В этом же положении положить на телегу и весь завтрашний день катать по городу. Приставить специального глашатая. Пусть через каждые пять минут громко объявляет его имя и рассказывает…

Тут Грангарий споткнулся, размышляя, что стоит предавать огласке, а что нет.

— Что рассказывает? — через пару минут молчания осторожно поинтересовался Бруно.