– Кот больно царапается, прямо до кости! Он огромный, злой, вредный!

– Обожаю таких! – подпрыгнула девица. – Скажите честно: ты новенькая, не входишь пока в наш коллектив. Тогда я уйду до завтра. Просто хочу помочь, имею опыт общения с дикими животными. Вот!

Риччи живо закатала рукав.

– Боже! – попятилась Дюдюня. – Какой шрам!

– Укус льва, – заявила девица, – мне пришлось удирать от одного мужика, а у него в поместье зоопарк. От пумы я спаслась, а лев лапу из клетки вытянул и – цап! Берете меня в команду?

Дюдюня замялась, Димон закашлялся, а Никита мигом понял, на кого перевести стрелки.

– Начальник бригады Татьяна. И мы собрались к ней домой, значит, Сергеевой решать, едете вы или нет!

Риччи округлила глаза, прижала к груди ладошки и заныла:

– Мы теперь работаем вместе, не бросайте меня, честное слово, я пригожусь.

– Садитесь в машину и езжайте за нами, – сказала я, натужно улыбаясь, – путь короткий, через пять минут на месте окажемся.

– Вы на лифте, а мы с Таней пешком, – скомандовала Дюдюня.

Риччи быстро выскочила из кабины.

– Заходите, простите, что вперед вас вошла.

– Боюсь этого подъемника, – соврала Ада Марковна, – он похож на клетку для попугая. Скрипит, кряхтит, вот-вот развалится. И Танюша его терпеть не может.

– Верно, – тоже солгала я и пошла вверх по ступенькам.

Ада Марковна поспешила следом, когда мы добрались до второго этажа, она осведомилась:

– Как тебе новая барышня?

– Пока не знаю, – вздохнула я, – она пыталась выступить в роли психолога, неплохо разбирается в моде. Умеет добиваться своего, смогла так провести сейчас разговор, что мне пришлось пригласить ее к себе. Это качество не очень приятно в дружеском общении, но для работы пригодится.

– Манипуляторша, – коротко заявила Дюдюня. – Чем она Ивану понравилась? Ты у него не спрашивала?

– Пока нет, – ответила я, шагая через ступеньку, – связь плохая, я отправила сообщение, а оно, похоже, не дошло до мужа.

– Забрался Ваня в дебри, – резюмировала Дюдюня. – Умение дернуть человека за нужную нитку, чтобы тот исполнил твое желание, в нашей конторе приветствуется. Вот подругу с таким талантом иметь не хочется. Но давай понаблюдаем за ней. Ездит на «Мини Купере», маленького размера, но большой цены машине. Пускает пыль в глаза?

Я решила быть справедливой.

– Полно машин дороже «миника», вероятно, он ей просто нравится. Если решим взять ее к нам, Риччи дадут служебный джип.

Потом вытащила из сумки ключи и открыла дверь. В холле пахло лекарством, Ада подергала носом.

– Валокордин!

– Надя этим лекарством все лечит, – объяснила я, – на ночь его принимает, чтобы хорошо спать.

– Спасибо, что приехали, – прошептала Рина, выходя из коридора, – коту, похоже, совсем плохо! Люда договорилась в своей клинике, нам там анализ быстро сделают. Вы только гляньте!

Свекровь развернула пеленку, которую держала в руке.

– Сколько крови, – ужаснулась Дюдюня, – неудивительно, что Альберт Кузьмич не убегает. У него сил нет.

– Вот и мы, – заявил Димон, входя в холл. – Нам необходим сачок, вот он.

Наш компьютерный гений показал на орудие ловли бабочек, которое держал в левой руке.

– Где ты достал этот давно забытый предмет? – восхитилась я.

– Неважно, – отмахнулся Коробок. – Схема такая: ждем, пока кот захочет пописать, и подсовываем под него данную снасть.

– Просто и со вкусом, – отметила Дюдюня. – Потом его надо отжимать? Он будто из марли сделан, все вытечет.

– Внутрь нужно поставить миску, – объяснил Димон.

– Интересно, сколько времени нам караулить попис? – задумчиво протянула Ада Марковна.

Рина показала блистер.

– Тут пир… вет… дил… Не могу вспомнить. Даем коту одну таблетку, и вскоре получим нужный эффект. Пока вы ехали, Надя сбегала в ветаптеку и купила препарат, который посоветовала Люда.

– Как далеко зашел прогресс, – восхитилась Дюдюня, – но каким образом Альберт Кузьмич примет лекарство?

– Все сейчас сделаю, – подняла руку Риччи, – у меня три собаки. Нет проблем с пилюлями. Где объект?

– У Тани в спальне, – отрапортовала Рина. – Надя, Надя!