— Без Агнии, наверное, не стоит, — неуверенно говорит она. — Мы все же с тобой слишком мало знакомы.

— Хочешь, бери сына. И Макара. 

После этих слов Ник поворачивается ко мне:

— Поедете с нами? Или у вас планы?

По лицу его вижу, что он будет рад, если у меня вдруг окажутся планы, но я соглашаюсь поехать.

Оля

— Мама, а мне можно будет прыгнуть с яхты в море? — спрашивает Тимофей.

Мой сын еще сутки назад боялся даже бассейна, а сейчас готов сигануть с кормы в открытое море. Все потому, что отец научил его правильно прыгать и сказал, что утонуть с нарукавниками невозможно.

— Там посмотрим, — говорю сыну.

— А с папой? С ним можно?

Тимофей возбужденно ходит по номеру. Для него прогулка на яхте это новые впечатления. Оно и неудивительно, ведь раньше мы с ним никогда не выходили в открытое море.

О том, что на этой яхте буду делать я, пока не думаю. Мысленно злюсь на Агнию за то, что она отказалась поехать. Вначале я подумала, что она это специально, но когда позвонила ей и услышала ее охрипший голос — поняла, что она заболела. Подруга извинилась и сказала не бояться ехать с братом, а я… не нашла в себе сил сказать, с кем именно мы едем. Умолчала. 

С Ником одна я бы точно не поехала. Все же, мы с Агнией не настолько близкие подруги, чтобы я могла полностью доверить себя в руки ее брата. Но и с Макаром мне ехать не хотелось. Только кто ж меня спрашивал. Макар согласился, Ник хлопнул в ладоши и вот я пакую все, что нам может понадобиться на яхте. В сумку отправляется солнцезащитный крем для меня и сына, головные уборы и парео, а еще купальник. Нарукавники для сына, конечно же. Без них он теперь даже из номера не выходит.

— Мы всё? — нетерпеливо бубнит сын. — Без нас же уедут!

Я улыбаюсь. Меня понемногу отпускает. Вот как у него это получается, а? Одной фразой поднять мне настроение.

Я беру Тимофея за руку, закрываю в сейфе ноутбук, который зачем-то притащила с собой, и мы выходим из номера.

Ник с Макаром ждут нас в фойе. Сидят на разных сторонах дивана и что-то сосредоточенно смотрят в телефоне. И эти мужчины собрались вместе на яхте отдыхать! Подхожу к ним, останавливаюсь. Нас обнаруживает Тимофей, который подсаживается к Макару и на весь зал громко оповещает:

— Папа, хватит пялиться в телефон, пошли кататься!

Ник отвлекается от телефона, встает с дивана. Макар берет сына за руку. Через пять минут мы покидаем территорию отеля и едем к причалу, где пришвартована яхта Ника. Еще через полчаса отчаливаем. Первые десять минут я сижу на диване в каюте и пытаюсь привыкнуть к качке туда-сюда.

На сына это никак не действует. Он восторженно стоит на палубе и наблюдает за передвижением судна по морю. У меня же мысль вернуться обратно. Попросить развернуть яхту, которая только набирает обороты, и потребовать оставить меня на земле.

— Эй, ты как? — в каюту заходит Ник. 

— Непонятно, — говорю честно. — Пока желание попросить меня сбросить.

— Тебе нужно наверх. Там качка не так сильно чувствуется. Одевай купальник, я тебя подожду и пойдем. 

Ник выходит и прикрывает дверь каюты. Я несколько секунд сижу, а затем начинаю переодеваться. В конце концов, хотя бы попробовать. Может Ник прав и наверху мне действительно станет лучше.

— Я все, — толкаю дверь каюты и выбираюсь наружу.

Ник подает мне руку, и я крепко обхватываю ладонь. Меня немного качает и тошнит, но когда выбираемся наверх на палубу, становится легче. Тимофей с отцом сидят на матах и о чем-то весело болтают. Я прихожу в себя спустя пару минут. Качать здесь действительно начинает меньше. Ветерок обдувает мое лицо и кожу, я позволяю себе расслабиться и сесть рядом с сыном. 

Капитан со второго этажа машет нам рукой и показывает большой палец одной руки. 

— Через полчаса примерно прибудем в бухту, сможем искупаться, если будет желание. После пообедаем. Нам стол накроют, — сообщает Ник.

Я видела нескольких девушек на кухне рядом с каютой, но почему-то даже не подумала, что они готовят для нас обед. Ник это учел, в то время, как я совсем забыла, что через несколько часов сын проголодается, а единственное съестное, что я взяла - сироп от температуры.

Чувствую себя ужасной матерью, хотя у Тимофея теперь есть Макар и он тоже не позаботился о продуктах, хотя этого я знать не могу, потому что понятия не имею, что в его сумке, которую он взял с собой.

— Предлагаю сделать селфи, — говорит Ник и достает камеру.

— Как в Титанике? — замечает Макар с усмешкой.

— Идея, — произносит Ник, протягивая ему фотоаппарат.

Через секунду он берет меня за руку и ведет к самому краю носа. Я машинально оборачиваюсь и смотрю на Макара. Он недоволен, но чего он ожидал предлагая такое.