Захар забирает пропуск и… я даже не представляла, что подобный предмет можно настолько легко разломать, буквально раскрошить в ладони.

– Я отказалась, но Алиса стояла на своем и прямо сообщила: если не приду туда, то меня притащат насильно.

– Забудь, - холодно бросает Захар и небрежным жестом стряхивает обломки в ближайшую мусорную урну. – Я ей сам все объясню.

– Что объяснишь?

– Маленькая ты для ее вечеринок.

Звучит обидно, хотя меньше всего мне хочется оказаться на том подозрительном мероприятии. Но черт, почему Захар считает, будто я маленькая? Неужели мои поступки кажутся ему настолько дурацкими?

– Ты всегда будешь маленькой для ее вечеринок, - усмехается он, и в зеленых глазах вспыхивает озорной блеск, эти насмешливые искры редко подсвечивают тяжелый взгляд парня, поэтому я против воли любуюсь ими.

Ох, Захар все время смотрит на меня и как будто читает мысли. Как это у него получается? Хотела бы и я читать этого парня так же легко.

– А что там происходит? – спрашиваю. – Что-то плохое? Неприличное?

– Тебе не понравится.

– Почему?

– Ты не для грязи.

Его ответ заставляет меня напрячься. Отворачиваюсь и хмуро сдвигаю брови. Конечно, я могу примерно вообразить те развлечения. Алкоголь, запрещенные препараты, связи на одну ночь. Так проходили «вписки», о которых рассказывали ребята постарше из моего двора. Здесь, на территории «Клетки» все могло быть гораздо круче. Опаснее. Страшнее. Ведь тут без закрытых вечеринок творились жуткие вещи.

– А ты там бывал? – вдруг выпаливаю вопрос, который волнует сильнее всего, и пристально смотрю на Захара.

Парень лишь выгибает бровь.

Ладно, на тусовщика он слабо похож и явно считает такие сходки бесполезной тратой времени. Парень живет тренировками, всю энергию отправляет на спортивные занятия.

Я ловлю себя на том, что хочу больше узнать про его семью, про родных людей, однако опасаюсь затрагивать личные темы.

– Спрашивай, - хрипло заявляет он.

– Откуда ты знаешь? – поражаюсь. – Стоит мне только о чем-то подумать, как ты сразу это озвучиваешь.

Опять молчит, только растягивает свои красивые губы в широкой ухмылке. Создается впечатление, будто ответ на вопрос очевиден и нет смысла ничего озвучивать.

Я для него открытая книга. А он для меня – минное поле.

Мы добираемся до комнаты, и когда дверь закрывается за спиной, Захар заключает меня в объятия и подхватывает на руки, отрывая от пола. Он сдергивает резинку, которая туго стягивает мои волосы, и зарывается лицом в распущенные пряди.

Я издаю изумленный возглас. Порыв парня напрочь сбивает с толку. Еще несколько секунд назад он был холоден и спокоен, а теперь обрушивается как сокрушительная стихия, выбивает почву из-под ног и закручивает в жарком водовороте эмоций.

Захар дышит тяжело и шумно. Его пальцы скользят по моей спине, движутся вдоль позвоночника. Вверх-вниз, будто играючи. В этих простых жестах таится такая дикая жажда, что у меня в горле пересыхает. Дрожь пробивает до озноба.

– Ты…

Я смотрю в его глаза и слова не идут, дыхание перехватывает, грудь невыносимо сдавливает и жжет. Мои ладони накрывают мощную шею парня. Он как будто из огня. Такой горячий. Слишком горячий. Как из языков пламени. И пусть сейчас обжигающие вспышки ласкают, жадно вылизывают мои руки, это все может перемениться в любой момент. Резко и навсегда. Или нет?

– Что ты делаешь? – шепчу я.

– Дурею.

Мои ноги раздвинуты, обернуты вокруг мускулистых бедер. Крупные ладони сминают мои ягодицы, крепко прижимают к до жути твердому, свитому из железных мышц, телу. Но гораздо интимнее ощущается то, как Захар вдруг прислоняется лбом к моему лбу.

– Мышка-малышка, - выдает он, шумно втягивает раскаленный воздух.

Потом парень соскальзывает чуть ниже и зажимает мою нижнюю губу между зубами, проводит по ней языком. А меня простреливает молния, электрический разряд пронзает насквозь, и под ребрами, будто расцветает цветок, разгораются огненные лепестки, будоражат, оголяя нервы.

– Я тоже по тебе скучала, - сглатываю. – Сахарок.

Его вены набухают и пульсируют, одержимо бьются прямо в мои ладони. Я не хочу отстраняться, не хочу отпускать мускулистую шею. Тянет прочувствовать бешеные толчки крови. Еще хотя бы секунду. Еще, еще.

– Я бы хотела сбежать отсюда, - шепчу. – Далеко. На край мира. Так, чтобы нас никто не нашел.

Замолкаю. Черт, что я сейчас несу? Внутри разливается тягучая горечь. «Нас»? А «мы» вообще есть?

– Отличный план, - говорит Захар. – Может, так и будет.