Особенно в той части, в которой меня не должно быть.

Как, например, на этом посвящении.

Кролик окинул меня тяжелым взглядом, определенно более долгим, чем тот, которым он смотрел на других участников, но в итоге он надел мне на лицо маску с номером, а на запястье — бирку с тем же номером.

Мне пришлось оставить свой телефон, ключи и очки у его друга — кролика, прежде чем меня пропустили внутрь.

И вот теперь я жду, вместе с примерно восемьюдесятью пятью другими. Пусть будет восемьдесят семь.

Я знаю, потому что считала.

Вот что я делаю, когда мои нервы готовы вскрыть вены и вылить мою кровь на землю. Считаю.

Я также изучаю свое окружение — смотрю, наблюдаю и ищу выход.

Именно эта часть заставила меня подумать, что я совершила ошибку.

Это место не предназначено для побега. Как только ты попал сюда, ты обречен. Физически. Психически.

Эмоционально.

В конце концов, этот особняк принадлежит Язычникам. Это один из двух печально известных клубов в Королевском Университете, в котором кипит коррумпированная власть, бесконечное богатство и мафиозные связи.

На самом деле, большинство его членов либо принадлежат к русской мафии, либо связаны с ней.

Все студенты, пришедшие сегодня — из КУ, кроме меня, и жаждут получить хоть крупицу этой власти. Хоть проблеск чудовищности.

Получить приглашение на посвящение в Язычник, которое проходит дважды в год, в начале каждого семестра — большая честь.

Шансы быть принятым в клуб составляют около одного процента. Мало того, что такие инициации проходят очень жестоко, так еще и основатели клуба очень избирательны.

Можно сказать, что я здесь не ради медали или реального шанса попасть в клуб. Они все равно выгонят меня, как только узнают, кто я такая.

Моя единственная цель — получить информацию об их внутренней работе, безопасности и собрать как можно больше сведений об их членах и собственности.

Вероятность того, что мне удастся сделать это, не привлекая к себе внимания, составляет около пяти процентов, что, безусловно, мало.

Но у меня есть суперсила.

Невидимость.

Если я захочу, я могу незаметно проскользнуть в любую комнату. Все, что мне нужно делать— это молчать, сливаться с фоном и двигаться плавно.

Скрип ворот вырывает меня из напряженных мыслей, возвещая об окончании процесса приема.

Сотня студентов выстраивается в пять аккуратных рядов. Некоторые, как и я, молчат, другие бормочут и болтают между собой. Многие даже шутят, толкаются локтями и подталкивают своих друзей.

Такие слова, как «взволнован», «не могу дождаться» и «наконец-то», парят в мрачном воздухе с энергией искаженной колыбельной песни.

Все в этом месте воняет искажениями. Отчасти это ощущение связано с тем, что особняк, который Язычники используют в качестве своего комплекса, огромен, стар, имеет соборные вибрации и может быть использован для проведения сатанинских ритуалов.

Он огромный, трехэтажный, с отдельными крыльями и двумя восточными башнями, которые, как я полагаю, используются для наблюдения.

Внутри и вокруг его стен витает атмосфера призрачности, что соответствует печально известной репутации клуба.

Учитывая тот факт, что особняк расположен за пределами кампуса, и поэтому имеет больше земли, чем общежития, он огромный и, что самое главное, уединенный.

Большой лес окружает особняк, но, как я слышала, он весь обнесен проволокой, за ним ведется наблюдение, и ни одна душа, кроме Язычников или тех, кого они пригласят, не имеет доступа.

Двойные двери с ручками, похожими на демонические, распахиваются, и бесчисленные люди в масках кроликов выбегают наружу в море ужаса.

Не произносится ни слова, но сочетание ускоряющихся шагов, обезображенных взглядов и количества людей достаточно, чтобы заставить меня замереть.

Они обходят нас в систематическом порядке, их маски в стиле Хэллоуина служат единственными чертами, которые они проецируют на мир. Тридцать пять. Вот сколько их.

И все они огромные, грузные и определенно охранники.

Потому что, конечно же, у Язычников есть своя охрана. В конце концов, они принцы мафии, у которых есть кровные империи.

Их родители не позволили бы им поступить в университет без охраны, следящей за каждым их шагом.

Непринужденная болтовня прерывается, когда двойные двери на верхнем этаже распахиваются, и на балкон выходят пять человек, одетых в черное.