В последний момент я все же очнулся и успел отскочить на тротуар, чуть не сбив с ног полного гражданина в шляпе, тащившего два огромных торта. Такси с визгом затормозило на том самом месте, где я находился секунду назад.

– Ты что, ослеп?! Прямо под колеса лезешь! Вот я сейчас как выйду...
– но тут он взглянул мне в глаза и осекся. Толстый гражданин тихо сказал:

– Наркоман. Милицию надо вызвать.

Он думал, что я не услышу, но я услышал.

– Вызывайте.

Гражданин испуганно шарахнулся в сторону и поспешно затерялся в толпе. Никого он не вызовет - его же, в случае чего, в свидетели потянут, а ему домой надо - торты кушать.

Я дождался зеленого света, перешел улицу и зашагал к институту. Однако, что это со мной? Во сне - к этому я уже привык, но сон наяву - это уж слишком. Так действительно недолго под машину угодить.

Рабочий день, как обычно, начался со словесного поединка с Генкой Зеленковым, которого все у нас звали просто Зеленкой. Гена, как всегда, начал клянчить трансформатор для своей установки (второй год не могут выписать), а я, естественно, не соглашался, потому что мне тоже надо было ставить эксперимент. В конце концов, мы сошлись на том, что в первой половине дня ставлю эксперимент я, и Гена дает мне для этого свой осциллограф (осциллограф у Гены хороший, "широкоэкранный", не то, что мой), а после обеда я возвращаю ему осциллограф и трансформатор в придачу.

Гена отправился в библиотеку, а я отсоединил свой осциллограф, подсоединил Генкин, включил установку и начал откачивать вакуум. В идеале, конечно, надо догнать его до одиннадцатого порядка, но мне и десятого хватит, тем более, что на одиннадцатый надо качать почти весь день.

За час я вывел установку на режим, установил катодный ток, включил масс-спектрометр, самописцы и уселся за осциллограф. Кривая ползла, как ей и полагалось: маленький пик, провал, большой пик и медленный плавный спад с выходом на нулевой уровень. Можно снимать осциллограмму и считать энергию активации.

Я еще раз взглянул на экран осциллографа и замер...

...Бронированные, выкрашенные в серый цвет ворота, местами облупившиеся и проржавевшие, со скрипом открылись, пропуская нас, и снова захлопнулись. Я услышал лязг задвигаемого засова. Приехали.

Меня вытолкали из машины и повели в дом. Мы поднялись по заплеванным ступенькам, прошли по узкому темному коридору и остановились перед высокой потертой дверью без надписи. Старший из моих конвоиров вошел, а двое других остались караулить меня. Обезоружить их не составило бы особого труда, но я хотел посмотреть, что будет дальше. Возможно, мне удастся получить какую-нибудь полезную информацию.

Через минуту дверь открылась, и меня втолкнули внутрь. За столом сидел толстый майор в серо-зеленой полевой форме и листал бумаги. Когда я вошел, он оторвался от этого занятия и уставился на меня. С минуту он молчал, оценивающе меня рассматривая. Видимо, прикидывал, что со мной делать. Старший группы захвата, судя по знакам различия - капитан - стал у меня за спиной. Наконец майор решил, что изучил меня достаточно и разлепил толстые губы.

– Я знаю, что вы будете говорить, и знаю, что все это вранье, - от него сильно несло перегаром.
– Поэтому давайте сразу начистоту - это единственное, что вас может спасти. Итак, с каким заданием вы высадились?

Правду я ему, конечно, не скажу, но и прикидываться тоже бесполезно.

– Разведка.

– Что именно вы должны были разведать?

– Я должен был попытаться проникнуть в запретную зону (так у них называется зона вокруг Абсолютного Исполнителя).

– Один ваш уже проник туда.

– Не знаю, о ком вы говорите.

Конечно, это он о Крэе. Значит, он у них, как мы и думали. Это хорошо. Им он нужен живым.

– Не врать!
– он ударил ладонью по столу.
– Вы все прекрасно знаете. Откуда вы прибыли?

– Вам не все равно? Из Серана.

– Не врать! Мы засекли ваш аппарат еще в стратосфере. И тот, на котором прибыл ваш сообщник - тоже.

Ого, им и это известно! И все равно он дурак, хоть и много знает. В Центре давно догадывались, что им известно о наших визитах. Теперь это подтвердилось. Ну что ж, один раз можно сказать правду - теперь это роли не играет.

– Хорошо, я скажу правду. Я с Альтанга.

Майор был несколько удивлен.

– Что такое Альтанг?

– Планета, вращающаяся вокруг звезды, которую вы называете Клонг.

Майор вытаращил глаза. Кажется, я сказал лишнее. Ну и черт с ним.

Но он на удивление быстро взял себя в руки.

– Что вам было нужно в запретной зоне?

А вот этого говорить нельзя. У них полно легенд об этом месте, но точно они ничего не знают. Знаем только мы, да и то не все. Все знает один Крэй. А, может, и он не знает.

– Это наше дело.

– Послушайте, - майор с трудом сдерживался, - здесь вам не ваш Альтанг. Если вы будете молчать, мы все равно найдем способ вытащить из вас то, что вы знаете. А потом расстреляем. А если вы признаетесь сами, у вас есть шанс выжить.