Через пять дней юные маги уже легко разыскивали все нужные точки, даже если они резко исчезали и перемещались в неожиданные места.

Через неделю научились различать эти точки. Именно различать, потому что при тренированном магическом зрении выяснилось, что у точек может быть не только разная форма, но и цвета могут отличаться определёнными оттенками. И началась кропотливая работа, когда каждый получил «собственную» точку. Все отслеживания теперь проходили по одной схеме, когда маги напряжённо наблюдали, одновременно вслух отмечая:

— Моя точка прошла от левого угла вниз.

— Моя потускнела — слева от правого угла крыши.

— Моя опустилась вниз, под второе окно.

Через день приехал дан Ристерд — с сестрой дана Маркаса, леди Эйслин. Именно она оказалась в этой команде седьмым магом огня, как и было обещано. Приехали они в сопровождении ещё шести всадников, сразу перешедших под командование дана Герхарда.

Леди Хелен немного испугалась этого приезда, о котором её не предупредили. Но Алиса объяснила маме, что леди Эйслин — дама высокомерная только на первый взгляд. А так — вполне себе человек доброжелательный. Хотя с нею и надо держать ухо востро. Впечатление дочери подтвердил и сын. Но, кажется, леди Эйслин понимала, что приехала в деревенское местечко — по сути, в провинцию. Так что слишком больших требований к своей спальне, выделенной ей в основном доме, не предъявляла.

Да и отдыхать было некогда в доме.

Теперь два тренировочных места возле конюшни были забыты. Все тренировки и этапы операции проходили возле избушки пасечника. Всадники примерно уже представляли ту местность, на которой придётся воевать с измигунами, если упустить их развитие. Ведь основной расчёт был на то, что они не успеют вылупиться из яиц.

Именно поэтому наблюдение за маткой и её состоянием велось в последнее время весьма жёстко. Про две недели знали. Но ведь молодая. А вдруг «детишки» начнут вылупляться раньше? Никто не застрахован от неожиданностей.

В редкие минуты, когда брат и сестра могли поговорить обо всём откровенно, Виктор как-то спросил сестру:

— Лиск, то, что ты похудела, так и я такой же. Но почему ты стала совсем какая-то… сникла?

— Я не сникла, а нервничаю, — ответила девушка. Они сидели в её комнате перед ужином, дожидаясь, когда поднимется Лула — белобрысенькая в последнее время частенько помогала леди Хелен с гостями.

— Из-за чего? Вроде всё устаканилось?

— Нет. Не всё. — Повторять, что её положение неясно, уже не хотелось. Виктор сам отлично знал о том.

— Боишься дня X? — попробовал догадаться брат.

— Давай не будем об этом, — предложила Алиса. — Нервничаю и нервничаю. Может, ты тоже так, но не говоришь — и лучше меня скрываешь? — И тут же придумала отмазку: — Ладно, скажу. Я думаю: а если мы сюда попали только из-за измигунов? И, когда их не будет, нас вернут в свой мир?

Сидевший, развалившись на её кровати, Виктор резко встал. Постоял, невероятно злой, а потом покачал головой. Вздохнув, снова сел, ссутулился.

— Чего злиться… Толку всё равно нет. Ты права. Можно такое подозревать. Честно говоря… Не хочу. Я здесь другой. И мне это нравится. И маме, я видел, тоже здесь нравится. А ещё я здесь маг! И здесь… — он помолчал. — Здесь Лула. Я к ней так привык, что не представляю, как буду без неё…

— Я глупая, — хмуро сказала Алиса. — И чего сейчас-то всполошилась? Вот закончится всё — тогда и увидим, да?

— Да нет, не глупая. Я… тоже ведь.

Они замолчали, сидя на её кровати и думая каждый о своём.

Странно, но мысль о том, что всё может закончиться после уничтожения измигунов, всё — то есть их пребывание в этом мире; мысль, высказанная, чтобы брат не психовал из-за личного положения здесь, внезапно стала доминирующей. Отошли на задний план всякие глупые сокрушения, жена ли она дану Маркасу, нет ли. В конце концов, как поняла Алиса, сочувствующих ей здесь достаточно. Так что всего лишь нужно набраться смелости и спросить ещё раз о своём личном. Спросить так, чтобы собеседник понял: не ответит он — не отвяжется она!

А кого спросишь, надолго ли они, трое — включая маму, здесь?

И всё же Алиса, как ей показалось, получила ответ на этот не высказанный напрямую вопрос.

Произошло это за сутки до назначенной атаки на матку измигунов.

На личном полигоне, заканчивая учебно-боевые занятия, она и Виктор собирали учебные «снаряды». Держа в горсти целую кучу обгорелых деревяшек, Алиса понесла их к временно и наспех сколоченному столу. Здесь её ждали старшие маги. Остановившись через стол от них и, прежде чем начать на этот стол сгружать «снаряды», оглянулась на Виктора, который подошёл к столу с другой стороны. Поймала его взгляд. Как и надеялась, брат сообразил, что сестра посмотрела на него в упор не просто так. И заторопился выложить свои деревяшки. Алиса аккуратно, чтобы не рассыпать, тоже выложила на стол «снаряды», поймала две деревяшки, покатившиеся к краю, и, не поднимая глаз, спросила:

— Дан Конлет, а сколько таких отрядов, как у нас, действуют по всему королевству?

— Всего три, — вздохнула тот.

— А гнёзда продолжают появляться, — чуть отстранённо заметила она, будто погружённая в свои думы, но мельком отмечая, как напряжённо Виктор выжидает ответа старших магов.

— Именно так, — кивнул маг и тоже задумчиво добавил: — Неизвестно, как ещё мы себя проявим. Хотелось бы идеального результата. А ведь некоторые отряды с трудом справляются на местах. Основная трудность — всё тот же синхронный выстрел огнём.