К счастью, моё внимание девушкам больше не требовалось, поэтому я с головой погрузился в изучение материала. Завтра вечером будет второе наше занятие и я хотел быть подготовленным к нему по максимуму.

– Ти, хорошо, что от тебя Персонс отстал, да? – Катя нашла в чемодане серые тонкие перчатки и сейчас изображала из себя светскую даму. – И оценки начал нормальные тебе ставить.

– Угу, – группа рун по усилению чувств создавались очень одинаково, различия в рисунках были практически незаметны, но при расшифровке сразу становилось всё видно. Я записал расшифровку усиления слуха и подчеркнул несколько примитивов, именно из-за них эта руна усиливала слух, а не осязание.

– Что “угу”, Ти, – девушка рывком сняла перчатки и сердито бросила их в чемодан, – ну и лапы у Ольги, перчатки слишком большие.

– Кать, проверь изнанку, – процедила Лена, она держала в зубах фисташковую шляпку и убирала волосы в хвостик, – они наверняка ужимаются. Это же Ольга. Она никогда простые вещи покупать не будет. А ты помнишь, как Алина с Софией чуть не сгорели от зависти, когда узнали, где она сейчас работает? И что она вообще работу себе нашла.

– Ой, да, – Катя сладко закатила глаза, – этот момент я буду помнить до самой старости. “Эта орка работает у Притвика?!”, “Да у неё же нет ни вкуса, ни манер”, “Пошкины все деревенщины”…

– Надо было в тот день медиков к нам позвать.

– Это зачем ещё?

– Ну так столько яду зря вылилось.

Девушки ехидно засмеялись.

– Только вот Алина идёт во дворец, а мы – нет.

– Ой, Кать, как будто мы много теряем. Там наверняка будет один официоз, все будут ходить с церемонными постными лицами и степенно кивать другу. Лучше уж к нашему балу подготовимся получше. Ну и не нам одним обидно, вон, София тоже без дворца осталась. Ходит, с Алиной не разговаривает, даже на занятиях пересела.

– А это карма, нечего других на пустом месте хаять. Ольга вон какая щедрая, сколько нам вещей передала. Ой, а что это за сундучок? Лен! Она нам ещё и бижутерии отсыпала!

– А серёжки есть?..

Я полностью отключился от шума девушек и продолжил делать записи, но слова Кати о Персонсе всё равно крутились на заднем плане. Да, профессор прекратил ко мне придираться. Он вообще перестал меня замечать на занятиях. Я мог на лекции на голове стоять, он слова бы не сказал. На практике Персонс работал со всеми, кроме меня: помогал, ругал, контролировал, исправлял, иногда даже шутил, но в мою сторону никакой реакции. И если мы случайно пересекались взглядом, то в его глазах я видел полное отсутствие эмоций. После каждого урока у меня в ведомости появлялась тройка, и я пока не знал, радоваться мне такой резкой смене отношения или огорчаться.

– Ладно, девушки, я в библиотеку, – я потянулся, зевнул, немного размял затёкшую спину и соскочил с перегруженной нарядами кровати. – Флора Олеговна попросила помочь с архивом.

– Пока, – синхронно ответили девушки и продолжили лопотать, какие лучше серёжки – узкие длинные или короткие круглые. Я убрал учебник с записями в рюкзак, закинул его на плечо, вышел из комнаты и направился к лестнице. В холле меня поймал Артур.

– Привет, Ти, – махнул он мне рукой, – ты не против вместе пройтись?

Я кивнул и мы отправились вниз.

– Хотел сказать спасибо, за совет с сувениром, – Артур очень старался держать себя в руках, но улыбка так и пробивалась, – ей очень понравилось! Я даже не знал, что так сильно можно радоваться простой безделушке. Я Оле подарил такую небольшую фигурку собачки, она ещё окрас меняет. Утром белая, в обед коричневая, если собирается дождь – серая становится, ну и всякое другое. Я пригласил её в авторский ресторан Семоль, и ты представляешь, она не просто отказалась, а ещё и отругала меня. Говорит, нечего транжирить деньги родителей, надо самим зарабатывать, а она пока позволить Семоль себе не может. И пригласила меня в небольшую кафешку рядом с её работой. Там уютно, очень вкусно и недорого. Мы потом ещё пару раз там встречались, она чудесная собеседница. Голос замечательный, а когда рассказывает о швейном деле, как будто светится изнутри…

Артур мечтательно улыбнулся, разглядывая перед собой видимый ему одному образ, мы молча прошагали мимо консьержа в залитый светом ночной двор.

– Меня ещё ни разу не приглашали, – продолжил Артур, – обычно я сам приглашал. Да и, если честно, у меня не очень много опыта в общении с девушками…

Артур слегка смутился, кашлянул и продолжил:

– Ти, скажи, как бы ты поступил? У меня сейчас дилемма. В следующую субботу Оля пригласила меня на ужин к себе домой. Но в этот день мне нужно быть с родителями во дворце на приёме иностранных делегаций. Как сказал отец, это невероятно удачная возможность представить меня королевскому двору и, возможно, Королю лично. Я сам понимаю, что такими шансами не разбрасываются, но и Олю я не могу отказом огорчить, вот что мне теперь делать?

– Возьми Ольгу с собой во дворец, – простодушно ляпнул я.

– В смысле?! – опешил Артур. – Да она же мне снова сцену устроит – надо жить проще, нечего пальцы загибать и нос выше крыши задирать…

– Артур, – перебил я его, – когда я её видел в последний раз, она страдала из-за дворца, ей очень хотелось попасть на ту встречу. Если тебе удастся её с собой взять, уверяю тебя, она будет в восторге от такого свидания.

– Думаешь? – Артур нахмурился. – Там по большей части будут официальные приёмы да протокольные встречи. Даже не знаю, понравится ли ей, она совсем другая по характеру.