Шивонин поморщился — последние слова ему не понравились. Может быть, раньше они действительно были дружны с Феликсом. Хотя я бы лучше подружилась с крокодилом на месте каждого из них.

— Я повторяю: что дает ему возможность жить?

Лишний свидетель — очень неприятное слово. Я знала, чем заканчиваются такие истории. Вампиры, охотники: я знала, как плыть в этой каше, но эти ребята для меня новый опыт.

— Я скажу и что дальше? Вы нас отпустите?

Если он скажет «да», это будет вранье, но Шивонин молчал.

— Может быть, тебя, — наконец ответил он. — Если скажешь, как он это делает.

— Вся эта кровь — она для него, — сказала я. — Чтобы возмещать потери, ему нужно ее пить.

— Получается, он вампир?

Шивонин широко улыбнулся, остальные несмело посмеивались. Терпеть не могу, когда надо мной потешаются.

— Проверьте зубы, если не верите. И дайте ему крови, он сразу придет в себя.

— Мы видели, — серьезно ответил Шивонин. — Хорошо, дадим и посмотрим, что будет. Потом расскажешь, как он таким стал.

Я нервно сглотнула. Мне нужна правдоподобная версия, которую я смогу псевдонаучно объяснить. Но если повезет, и Феликс придет в себя, может быть, она мне не понадобится. Главное, чтобы дали достаточно.

— А как влить ему в глотку? Может, сдох уже, — Шивонин кивнул мне. — Проверь пульс.

Мне не хотелось приближаться. Кто даст гарантию, в каком состоянии Феликс сейчас и сможет ли сдержаться? Хотя здесь полно крови… Все должно быть нормально.

Пошатываясь, я встала. Люди Шивонина расступились, и я увидела Феликса. Он выглядел мертвым, но еще жив и кто знает, в какой момент его перемкнет. Просто выбор дня: в одном случае меня пристрелят, а в другом загрызут.

Он лежал на спине, лицо повернуто в сторону. Я присела на корточки и потянулась к запястью. Кожа Феликса была прохладной, жилка редко, но уверенно пульсировала. Он шевельнулся, словно чуя меня, и я обратилась в камень. Стало тихо — все следили за нами. Сейчас Феликс обернется, и… Ничего не произошло.

В тяжелой тишине подвала затрещал дверной звонок, и я чуть не заорала от неожиданности.

— Кто-то пришел, — сказал Шивонин. — Эй, девка. Вы кого-то ждали?

— Нет.

— Проверь, кто там, — сказал Шивонин и один из парней пошел наверх.

Кто-то пришел за кровавыми покупками? Шайка сбилась в углу, ощетинившись оружием, Шивонин напряженно смотрел на лестницу, ожидая новостей. О нас забыли.

Феликс дернул рукой, прохладные пальцы сжались на моем запястье, предупреждая. Мне давали знак пользоваться моментом. Он приоткрыл глаза, глядя сквозь ресницы. Он контролировал себя, хотя пульсирующая жилка на шее выдавала, что он на пороге массового жора. По звериным рефлексам видно.

Со стороны все выглядело по-прежнему — Феликс притворялся полумертвым, я сидела рядом, и только самый внимательный мог заметить, что он держит меня за руку.

Сверху не доносилось ни звука, словно человек бесследно исчез. Я затаила дыхание, вслушиваясь в тишину.

На лестнице раздались приглушенные шаги — спокойные, неторопливые. Значит, им не о чем беспокоиться — незваный гость выпровожен, можно продолжать экзекуцию.

Во мне угасла надежда.

— Эй! — крикнул Шивонин. — Наверху нормально?

Тусклая лампочка мигнула, как бывает из-за скачка напряжения, и погасла. Подвал погрузился в темноту.

— Что за черт?

Я оказалась в чернильном облаке. Мышцы напряглись, я скорее почувствовала, чем увидела или услышала, что Феликс поднялся. Ему свет не нужен, вампиры прекрасно видят в темноте.

Он оттер меня плечом, и я отпрянула. Прижалась к стене, таращась в темноту, и вдруг почувствовала ладонь на губах — Феликс зажал мне рот.

— Надо спрятаться, — прошептал он. — Идем.

Он вел меня за плечо, и я сразу перестала ориентироваться в пространстве. Феликс направил меня вперед, надавил ладонью на голову, и я пригнулась.

Он заставил меня сесть и попытался освободить руку. Я не отпустила. Он был единственным ориентиром в окружающем пространстве. Если отпущу — совсем потеряюсь.

Феликс резко встряхнул рукой и избавился от моей хватки. Я подалась назад, ударилась головой, и до меня дошло, что я под столом. Я вцепилась в ножку, как в спасательный круг, слепая и беспомощная, и прислушивалась, пытаясь понять, что происходит.

В общем шуме выделился голос: «Что там?», скрежет стекла, крик, грохот на лестнице — и первый выстрел. Темноту разорвали вспышки. Я упала на пол, закрывая голову руками.

Снова звуки борьбы и выстрелы.

Стол содрогнулся, похоже, я в эпицентре боя. Вдруг я поняла, что темнота перестала быть такой густой — перед лестницей метались черные тени. Все закончилось так же внезапно, как и началось — клубок перед лестницей распался. Я приподняла голову, щурясь в темноту.