– То есть Хлоя, стоящая перед публикой на сцене, исполняющая тяжёлую музыку – это один человек. А на занятиях – совершенно другой? Но при этом замкнутая и закрытая? – уточнила она.

– Да. Звучит, конечно, парадоксально. Возможно, она не доверяет людям. Возможно, ей нужно больше времени, чтобы открыться…

– Возможно, ты ей просто на хрен не сдался, – перебил его низкий хриплый голос откуда-то с верхних парт.

Меня словно ударили под дых. Сердце замерло, тело сковало ледяной коркой, руки безвольно повисли по бокам, дышать стало нечем.

Взглядом блуждала по партам в поисках источника этого голоса и нашла.

Какого хрена?! 

Я сейчас сплю и мне снится кошмар?! Это же невозможно! Он же в Нью-Йорке! Какого хрена он тут делал?!

Все обернулись на него, а он неотрывно смотрел на меня. Его чёрные глаза прожигали во мне дыру и теперь мне опять стало жарко. Так вот, значит, почему у меня были странные ощущения?!

О боже!

И давно он здесь?!

– Поясните пожалуйста, – обратилась к нему миссис Джонсон.

– Возможно, только возможно, она не подпускает к себе никого, потому что думает, что не готова. Возможно, её сильно обидели в прошлом. Возможно, ей причинили боль. Но, судя по её внешнему виду, она не замкнулась в себе. Даже её поза сейчас и весь внешний вид говорит о том, что она открыта. Она продолжает жить. Она продолжает играть. Значит, он просто не тот человек, которому она откроется. Она ждёт другого, – спокойно ответил Джей, не сводя с меня глаз.

Мне кажется, это была самая долгая речь от него, которую я когда-либо слышала.

Неосознанно начала разглядывать его. Мне был виден только торс и лицо. Его волосы остались той же длины, небольшая щетина на щеках и подбородке. Но, чёрт тебя подери, его руки! По-моему, его бицепсы стали ещё больше и это совершенно несправедливо! Он должен был иссохнуть от переживаний! А передо мной сидел пышущий силой и энергией молодой мужчина, который чертовски уверен в себе.

Вот дерьмо!

– Любопытное замечание, которое не лишено смысла. Смею предположить, что Хлоя действительно не замкнутая. Скорее избирательная, – прокомментировала миссис Джонсон.

Я оторвала свои глаза от него и перевела на нашего профессора.

Точно! Вот то слово, которое я пыталась найти, чтобы описать какой я теперь буду.

Избирательная!

Не зря я вышла сюда, не зря.

– Эдриан, – обратилась она, смотря на его бейджик, – скажите мне, поведение Хлои здесь и на концерте сильно отличается?

– Да. Здесь она уверена, там она зажата.

– Молодой человек, я не вижу отсюда вашего имени, – она обратилась к моему ночному кошмару.

– Джей, – отозвался он.

Господи, заткнись! 

Не могу слышать его голос.

Сердце защемило. Я запрещала себе смотреть видео с того выступления, где он пел для меня. Но потом, в пылу очередной ночной истерики, сдалась и посмотрела, точнее послушала. С тех пор я не могла уснуть, не послушав его голос. Но видео старалась не смотреть.

Что я там говорила, про то, что я на пути восстановления?!

Да я сама себе врала! Разве будешь слушать голос того, кого хотела убить?!

– Джей, Ваше предположение, почему поведение отличается? – продолжила миссис Джонсон.

– Стимулы разные. Воспоминания разные, – предположил он. Хотя скорее уверенно ответил.

– Интересно. Похоже, первая пара у нас есть, – с довольной улыбкой ответила она.

Я выпучила на неё глаза.

Какая ещё на хрен пара?!

– Забегая вперёд скажу, у вас будет проект на полгода. Я вас разделю на пары, либо сами выберете себе партнёра. И будете заниматься анализом друг друга. Первая пара Джей и Хлоя. С остальными разберёмся в конце занятия, – озвучила она и меня повело в сторону.

Что?!

Нет… Нет. Нет!

Посмотрела на него и увидела довольную ухмылку. Его глаза загорелись тем самым недобрым огнём.

Чёрт!

Он сложил руки на груди, отчего футболка на его мощных бицепсах натянулась, и изогнув бровь, смотрел на меня.

Типичный Джей. Ничего не изменилось.

Нас с Эдрианом отпустили на место, и я на ватных ногах добралась до парты. Сердце начало бешеную гонку в груди. Что мне теперь делать?! Проект на полгода с ним?! Как такое вообще возможно? И почему я не знала, что он здесь?!