Повисло молчание. Муритай ответил совсем на другой вопрос. На тот, который маги не очень хотели задавать.

– А для Земли вольды – нелюди, – задумчиво проговорил ван Брюккен. – Значит – враги.

– Нельзя допустить этой войны, – твердо произнес Строцци. – Пестик – наш дом, и мы должны сделать так, чтобы этот дом остался цел и невредим.

Точилинов с удивлением посмотрел на итальянца. Обычно легкий в общении, дурашливый Джузеппе стал как будто шире в плечах. Непривычно твердый взгляд, напористая речь… Что это с ним? Итальянец поднялся и встал рядом со столом, глядя на Семена. Подошел Муритай, рядом с ним остановился ван Брюккен.

– Да что вы на меня ополчились?! – Семен переводил взгляд с одного на другого, с другого на третьего. На его лице через недоумение начало проступать отчаяние. – Я что, предлагаю сдаться Земле, что ли?

– Ты виляешь, Сема, – мягко проговорил ван Брюккен. – И ты – единственный из всех нас, кто не может себе этого позволить. Сибейра, Ляо Юй, Джузеппе, кто угодно, даже Муритай, – все могут себе позволить роскошь не определиться с позицией. Но не ты. Именно тебе придется объяснять Земле, что здесь и как. И именно тебе придется принимать все удары. Мы будем рядом, мы даже закроем тебя собой, если потребуется. Но решение всё равно придется принимать тебе.

Точилинов закрыл лицо руками.

– На самом деле ты давно уже всё решил.

Семен, не отнимая рук от лица, пожал плечами.

– Почему ты отправил на Землю легенду? – вкрадчиво спросил ван Брюккен. – Ты не попросил глеммов доставить послание ни в ООН, ни своему командованию, ни своим друзьям. Ты пригласил в Пестик магов. Новых магов. Не правительства. И не письмом, а сказкой. Сказкой, в которую ещё надо поверить.

Точилинов еще больше согнулся в кресле.

– Мы с вами, Мастер, – Муритай дотронулся до его плеча. – И не только мы. Вольды верят вам. И бароны верят. Все поступят так, как вы скажете. И если случится беда, все первым делом прибегут к вам. Ван Брюккен правильно сказал: решать будем все, но без вас ничего не получится.

Нет ответа. Потекли мгновения. Джузеппе хотел что-то сказать, но Точилинов сам его опередил:

– Собирайте людей. – Из-под ладоней голос звучал глухо, но с каждой секундой Семен все больше распрямлялся в кресле. Наконец, он отнял ладони. Глаза покраснели, но на магов глядел уже совершенно другой человек. Мастер Ацекато принял решение. – Завтра с утра будем обсуждать. Клаус, найди мне быстро Сибейру.

– Вам лично, барон, я ничего не предлагаю делать. Всё, что нужно будет делать, сделают вольды. К чему может привести излишняя нервозность, я уже объяснил. Братство не хочет такого развития событий. Всё, что мне нужно, – это распоряжение гертадинам оповещать представителей Братства о необычной активности. И – никаких боевых действий. Безопасность при соблюдении этих правил мы гарантируем.

– Мне достаточно было вашего слова, Мастер, – барон Ташина, принимавший Точилинова, расплылся в приятнейшей из улыбок.

Ну ещё бы, система связи, фактически навязанная барону в свое время Семеном, начала приносить баснословные прибыли, так что милейший Ташина и должен всем сердцем любить Мастера Ацекато. «Вольды верят вам. И бароны верят», – вспомнились слова Муритая. «Когда так получилось?» – недоумевал Семен. Но как бы то ни было, а грех не воспользоваться таким преимуществом.

Мастер Ацекато третью неделю мотался по баронствам и проводил переговоры за переговорами. Старшие Команд, бароны, гертадоны – все кто угодно, но решение должно быть претворено в жизнь. За всё это время ни одного нового портала с Земли построено не было. К сожалению, это не означало практически ничего.

– Всё в порядке? Я видел, гертадон промчался, – Муритай ждал его на выходе резиденции барона.

– Если ты про барона, то да, – Семен потер лицо. – Полное содействие нам обеспечено, они сами с Клаусом свяжутся.

– А что не в порядке? – поинтересовался торк.

– Всё остальное. Ничего у нас нет, – сообщил Семен Муритаю, на лице которого явственно проступало недоумение. – Да не смотри ты так. Не стыкуется у нас в нашем плане ничего, понимаешь?

За эти три недели Муритай стал для Точилинова чем-то вроде отдушины. Он слушал всё, что говорил Семен, и… да просто слушал и старался понять. Маги же как один ни в какую не хотели слышать сомнения, обуревавшие Семена с момента появления людей в Пестике. Они просто не понимали, чего он от них хочет. А Семен ходил, в сотый раз объяснял всем ситуацию и медленно зверел, именно потому, что сам плохо представлял, чего ему надо.

– Не понимаю, – помотал головой Муритай. – Чего нам еще надо? Вся подготовка проведена, людей встретят. Никто ни с кем воевать не будет. Полная идиллия. Чего вдруг ты начал переживать?

– Не вдруг, – поморщился Точилинов. – Переживать я начал с самого начала. А то, что мы сейчас делаем, – это просто для того, чтобы быть хоть к чему-нибудь готовыми. Перед десантом с Земли мы голые, ну как тебе еще объяснить?

– Ничего себе голые, – не согласился торк. – Кто вторжение-то отбил? А сейчас мы ещё больше готовы.

– Ничего подобного. Вторжение мы отбили только по двум причинам: боевые действия велись только в трех баронствах, и Лепесткам нужны были только мы, маги. И только в пределах трех баронств мы можем обеспечить себе безопасность, потому что это…

Он внезапно замолчал, ухватившись за какую-то мысль.

– Что? – подался вперед Муритай.

– Ничего, – покачал головой Семен. – Так, подумал кое о чем. Да… о чем говорили? Про вторжение? Так вот, Земле на фиг не нужны ни вольды, ни мы, ни вообще кто-либо. Им нужен мир, в котором можно заниматься магией и готовить своих специалистов. И здесь мы не можем им помешать никак. Нас просто-напросто слишком мало.