Табризии стало ясно, что все эти бумаги обеспечивали ее не только деньгами, но и властью Мальчик Адам, которому она помогла, — мелочь Она с ним не ссорилась и не собиралась Но она — Кокберн, а бумаги принадлежали ее кровным врагам Гордонам Она решила, ничего не говоря Магнусу, быстро вернуть их в банковский сейф для сохранности

Как только придет Стефен Гэлбрэйт, она заставит его снять копии с этих документов, которые положит в маленькую шкатулку с ключом — идеальное место для таких бумаг Она будет держать их подальше от любопытных глаз и в то же время под рукой на случай, если они ей понадобятся Встреча с юношей Гордоном и изучение документов Абрахамса открыли Табризии одну непреложную истину власть сильнее денег Она нахмурилась Да, кое-что ей уже удалось постичь Правда, узнанное лишает свободы и безмятежности, которые дарует невинность Хорошо это или плохо? Девушка вздохнула, прощаясь с утраченными иллюзиями, и призналась себе сила лучше слабости В тысячу раз лучше!

Магнус отправлялся на пару дней в Танталлон и заодно провожал домой Александрию Как он ни старался, ему не удалось уговорить Табризию поехать с ним

— У меня примерки до двух часов, потом должен приехать Стефен, он пробудет до четырех. Я обещаю приехать в Танталлон очень скоро, но дай мне немного пожить в Эдинбурге Я не одна, как видишь, со мной миссис Холл, и дом полон слуг.

Нехотя Магнус вынужден был отправиться без Табризии, предоставив ее самой себе.

Парис Кокберн только что вышел из конторы Маккейба, где занимался переводом дома в Мидлотиане с Дэвида Леннокса на Венецию Он решил передохнуть перед долгой дорогой в Кокбернспэт и заглянуть в заднюю комнату «Эйнсли таверн» на Хай-стрит, где и обнаружил своего лучшего друга Черного Дугласа Тот сидел за выпивкой

— Ха, Джеймс, как я рад встрече! Сто лет не видел тебя! — Парис расхохотался — Ты все еще живешь на севере?

Джеймс Дуглас смотрел на приятеля черными, как уголь, глазами. Белые зубы блестели в улыбке на фоне черной бороды.

— Ага. Помнишь, я направился посмотреть земли, которые мне достались от жены? Я поехал туда и узнал, что какой-то шотландский горец по имени Каудор оттяпал из рядный кусок проклятых земель. Пришлось вернуться в замок в Дугласе, собрать полсотни разбойников и проучить свинью. Половину людей оставил там, чтобы такое больше не повторилось, — вздохнул он

Парис улыбнулся

— И что, черт побери, скажет король Джеми, услышав, что Дуглас перебрасывает своих людей в глубь страны, вместо того чтобы охранять мир на границах?

— Плевал я на Джеми, — ухмыльнулся Дуглас

— С трудом могу поверить, что ты так легко расстался со своими людьми, Джеймс, — серьезно сказал Парис

— Да, я думаю, это мой грех. Никогда не интересовался землями жены, пока она была жива, бедняжка. Вот теперь и расплачиваюсь за свою нерадивость.

— Но ты не только по отношению к ее землям проявил нерадивость, — упрекнул Парис

— Да, конечно, и это тоже. Сам знаешь, каким грузом может стать брак. — Он шлепнул по заднице барменшу, в третий раз наполнявшую им стаканы, и та нагло подмигнула

— в ответ.

Оба приятеля сидели, сдвинув головы, пили, вспоминали прошедший год. Пробило полночь, и Парис решил не ехать в Кокбернспэт. Он пригласил Джеймса переночевать в городском доме.

Они зашли в конюшню, накормили лошадей, потом поднялись в дом через черный ход. Парис отмахнулся от предложения слуги накормить их.

— Нет, ничего не надо, кроме постели. После адвокатской конторы я всегда топаю наверх, там у Магнуса есть бренди, который я в последний раз контрабандой привез из Франции.

Услышав сквозь сон громкие голоса и шум в соседней спальне, Табризия сразу очнулась Испуганно прикрыла рот рукой, узнав в одном из них голос Париса Кокберна. Сердце заколотилось, как птица в клетке. Что делать? Подумав с минуту, девушка решила, что, если сидеть тихо, он никогда не узнает, кто в соседней комнате. Она безошибочно уловила звон бутылок и бокалов, а потом услышала и другой голос:

— Говорят, Джон Гордон и его папаша посоветовали королю разместить гарнизон английских солдат у нас в Шотландии

— Ни за что не поверю, даже если услышу от самого Хантли! Никогда Шотландия не будет оккупированной страной!

— Ну, знаешь ли, за что купил, за то продал. Я хочу сказать, мы должны нанести ему удар покрепче, — заявил Дуглас. — И не просто напасть на южные окраины его земель, а рвануть прямо в сам Хантли-Касл.

— А может, кроме всего прочего, добраться до короля? И убедить его не делать этого? Английские солдаты в Шотландии не смогут обеспечить мир. Наоборот, взбудоражат

— кланы, и начнется настоящая война.

Табризия закрыла глаза. Вечно мужчины говорят о войне, о налетах, о кровопролитии! Снова и снова она слышала бульканье бренди, наливаемого в бокалы, речи стали невнятными и очень громкими. Мужчины хохотали, еще немного, и они разбудят весь дом. До ее ушей отчетливо долетали все неприличные слова, произносимые в полный голос.

— Тут ко мне недавно приезжал Ботвелл, — упомянул Парис.

— А его любовница не умерла без меня? — игриво спросил Дуглас.