Галька неподвижно застыла и воздухе.

– Еще один фактор, Джубилит.

Она улыбнулась, когда заметила в его левой руке дисковый проектор силового ноля. Ренн направил проектор на гальку, и слабое поле отбросило ее далеко в сторону.
– Наша история, Джубилит, еще не написана. Нам это не требуется, хотя время от времени неплохо было бы ее перечитывать. Понимаешь, наша культура одна из древнейших и галактике. Если мы когда-то воздвигали города, то легенды умалчивают об этом.

– Я сама видела...

– Все правильно. Однажды сюда прибыл корабль. До этого мы никогда не сталкивались с гуманоидами. Мы были рады гостям и помогли им, чем могли. Мы дали им землю и семена. Затем они вызвали флотилию из сотен кораблей и принялись сооружать свои города. Тогда мы ушли, оставив их одних, поскольку города нам были не нужны. За это они возненавидели нас. Они ненавидели нашу спокойную и размеренную жизнь; ненавидели наш менталитет. Они направляли нам посланников, надеясь изменить уклад нашей жизни. Мы с радостью встречали их посланцев, кормили и смеялись вместе с ними, а когда они оставляли нам свои инструменты и простейшие машины в надежде, что те облегчат нашу первобытную жизнь, то мы не прикасались к ним, и они лежали, ржавея... Со временем они перестали направлять нам своих людей, стали подшучивать над нами, а потом и вовсе забыли о нас. Но вот пришло время, когда они построили город на земле, которую мы им не отводили, за ним второй.., третий. Пришельцы размножались быстрыми темпами, и их города достигли немыслимых размеров. А когда они стали расти как грибы, та чаша нашего терпения переполнилась, мы повернули русло реки и затопили их последний город.

Джубилит закрыла глаза, стараясь представить все те неисчислимые страдания тех, кто нашел свою могилу в сооружениях, лучами расходящихся от озера с голыми берегами, и спросила:

– Погибли все города?

– Хватило бы одного, чтобы уничтожить нас, - ответил он.

– Они казались.., хорошими, - задумчиво произнесла девушка.
– Слишком быстрые, слишком большие.., в них, должно быть, было шумно, и все же...

Погоди, - перебил ее Ренн.
– Ты имеешь в виду людей на картинках, что показал тебе Оссер?

– Ну да. Это были городские жители, которых вы.., мы.., уничтожили, не так ли?

– Ну что ты! Тех, кто строил здесь, отличала худоба, волосатость, скошенные назад черепа и пальцы в перепонках. Прекрасные.., но ненавидящие нас. Картинки же, Джубилит, были получены на третьей планете голубой звезды вблизи Кольца; их мир имел одну луну. То был мир людей, внешне похожих на Оссера, мир, откуда прилетел золотистый корабль.

– Неужели!

– Если логика убедительна, она не требует проверки. Столкнувшись с гуманоидами, мы приступили к строительству исследовательских комплексов, полностью автоматизированных, которые извлекали энергию из всего, что испускает лучи, и эти комплексы сами отыскивали планеты, заселенные людьми. Наши космические станции, если я не ошибаюсь, не поддаются обнаружению. По крайней мере, пока что мы не потеряли ни одной. Так вот, с тех станций стартовали миниатюрные наблюдательные аппараты, способные проводить более детальные наблюдения, и один из них заснял на кинопленку все то, что ты видела. Полученная информация кодировалась и направлялась в космос, а там, с учетом расстояния, новые станции улавливали сигналы, усиливали их и передавали дальше. Всякий раз, когда люди или гуманоиды строили свои корабли, мы не спускали с них глаз. Когда они отправляли корабли в наш сектор, мы держали в поле зрения эту планету с их кораблем. Только убедившись, что эти люди близки нам но духу и готовы поделиться накопленным опытом, включая творческое мышление, мы позволяли им приземлиться у пас. Тому, кто нам был не по нутру, дорога сюда была заказана.

– Ты так уверен...

– Мы не исследуем другие планеты, Джубилит. Нам нравится тут. Если никто ничего против нас не имеет, что ему в таком случае тут делать?

Она задумалась над его словами, потом медленно кивнула головой и прошептала:

– Мне нравится здесь.

Ренн опустился на колени и обвел взглядом холмистую местность. Было уже довольно поздно, и многие жители деревни отправились по домам, но кое-где еще можно было заметить людей, копошащихся в кучах мусора, оставшихся после взрыва. Ноги и руки у них были прямые, а лица чистые. Владели они малым, зато каждый был наделен щедрой душой.

Но вот Ренн поднялся с земли и подошел к Оссеру, сел рядом, повернувшись к нему лицом, а к Джубилит спиной.

– М-м-мум.., мум.., мум, мум.., м-ум-мум-мум, - произнес он нараспев.

Оссер по-детски взглянул на него из-под полуопущенных ресниц. Ренн взял его руку и показал ему овальное кольцо, вспыхнувшее пурпуром в обрамлении золотисто-зеленых тонов заходящего солнца. Оссер внимательно посмотрел на кольцо и потянулся к нему. Ренн чуть повернул кольцо, и рука Оссера скользнула мимо и осталась лежать на земле. Не сводя с кольца глаз, он беззвучно зашевелил нижней челюстью.

– Мум, мум, мммум.., где твоя мама, Оссер?

– Дома, - ответил он, не отводя глаз от кольца.

– Ты хороший маленький мальчик, - сказал Рени.
– Теперь, когда ты узнаешь нужное слово, уже не посмеешь своевольничать и будешь поступать так, как тебе скажут. Узнав ключ, ты сможешь делать все, на что способен каждый.

– Хорошо, - улыбнулся Оссер.

– Прежде чем я назову тебе это слово, назови мне ключ.

Ты должен запомнить его.

– Это кольцо.., и "последний и потерянный".

– Молодец, Оссер. А теперь слушай меня внимательно. Ты меня слышишь?

– Ну да, - ответил он, хватая кольцо.

– Сейчас я изменю ключ. "Последнего и потерянного" больше нет. "Последний и потерянный" нам уже ни к чему. Забудь о нем.

– Ни к чему?

– Вот именно. И каков новый ключ?

– Я , забыл.

– Ключ, - терпеливо объяснил Ренн, - следующий.
– Он наклонился и что-то зашептал на ухо ребенку-мужчине.

Девушка оторвалась от них и посмотрела в сторону тропинки, ведущей в город. Вдали показалась крошечная фигурка, направляющаяся в их сторону.