Другой захватил бегающие глаза Чонси своим глубоким пристальным взглядом. Потрясенный ум бродяги успокоился; он два раза моргнул и опустился на колени у дороги, неподвижно уставившись в непроницаемое лицо этого страшного, околдовавшего его человека. Как будто что-то вползало в мозг Чонси, шаря в нем. Это было ужасно, но в то же время не было неприятно. Он чувствовал, как его выворачивают наизнанку; исследуют его память, его знание человеческого общества, человеческих обычаев, традиций и истории. Неожиданно всплыли вещи, которые он считал забытыми или хотел забыть. Через несколько минут гигант имел такое же полное знание поведения и речи людей, какое когда-либо имел Чонси Томас.

Он отступил назад, и Чонси рухнул, тяжело дыша, на дорогу. Он чувствовал себя полностью опустошенным.

– Вставай, бродяга, - сказал здоровяк языком Чонси.

Чонси поднялся; в этом звучном голосе безошибочно слышался приказ. Он съежился перед ним и заскулил:

– Что вы сделаете со мной, хозяин. Я ни...

– Заткнись!
– сказал другой.
– Я тебе ничего не сделаю.

Чонси посмотрел на неподвижное лицо.

– Ну... я... я, пожалуй, пойду.

– Ладно, держись рядом. Чего боишься?

– Ну... ничего... но кто ты все-таки?

– Я - Элрон, - сказал гигант, используя первые пришедшие на ум благозвучные слоги.

– Ага. Где твоя одежда? Тебя обчистили?

– Не. Хотя да. Подожди меня тут; думаю, я смогу...

Элрон перемахнул через изгородь, не желая слишком ошеломить бродяжку. Из мозга Чонси он выкрал мысленную фотографию того, что Чонси считал превосходным костюмом. Это был костюм в клетку, жилет с ромбовидным рисунком и желтые туфли, крылатый воротник и десятигаллоновая шляпа. Проскользнув в свою подземную лабораторию, Элрон откинул крышку сложного проектора, который построил его тело, и быстро кое-что отрегулировал. Сразу же после этого он очутился рядом с Чонси, полностью одетый в духе вкуса, импонировавшего Чонси.

– Вот это да!
– выдохнул Чонси.

Они шагали по дороге вместе: Чонси - в абсолютном молчании, Элрон - в задумчивости. Мимо промчалось несколько машин; каждый раз Чонси машинально и без всякой надежды поднимал натренированный большой палец. Они оба очень удивились, когда впереди них резко затормозил сжалившийся над ними водитель. Дверца открылась; Чонси обогнал Элрона и был бы первым, но Элрон схватил его за шиворот и оттащил назад.

– Лезь назад, дубина!
– рявкнул он.

– Вечно мне не везет, - пробормотал Чонси, выполняя приказание. Он видел, кто сидел за рулем. Очень миловидная девушка.

– Куда вы направляетесь?
– спросила она, когда Элрон захлопнул дверцу.

– Спрингфилд, - ответил он, вспомнив из того, что наговорил Чонси, что город находился на этой дороге. Он взглянул на свое новое знакомство. Она была настолько миниатюрной и прекрасной, насколько он был большим и прекрасным. Она вела машину по-настоящему артистически. Золотисто-каштановые глаза гармонировали с цветом волос. Оценивая ее по-человечески, Элрон нашел, что она очень привлекательная.

– Я довезу вас туда, - сказала она.

– Спасибо, барышня.

Она бросила на него быстрый взгляд.

– В чем дело, красотка?
– спросил он.

– Нет, ничего. Не называйте меня красоткой.

– Ладно, ладно.

Она вновь метнула на него взгляд.

– Вы что, разыгрываете меня?
– спросила она.

– В чем?

– Вы непохожи - хотя я не знаю.

– Выскажись, сестренка.

– Ну, как-то, ну, непохожи на тех, кто зовет девушек "красотка".

– О, - сказал он.
– Ты имеешь в виду - ты бы сказала это как-то по-другому.
– Ему было тяжеловато с ограниченным словарным запасом Чонси.

– Что-то в этом роде. Чем вы будете заниматься в Спрингфилде?

– Думаю просто побродить вокруг. Хочу посмотреть город.

– Не говорите мне, что вы никогда не видели города!

– Послушай, - отрывисто бросил он, прикрывая свою ошибку одной из штучек Чонси, - тебя это не волнует, не так ли? Какое твое дело?

– О, прошу меня простить, - сказала она с кислой миной. Он почувствовал что-то неестественное в наступившем молчании.

– Рассердилась, а?

Она посмотрела на него с презрением и хмыкнула.

Тривиальный тупик заинтриговал его.

– Остановись!
– приказал он ей.

– Что?
– с яростью в голосе спросила она.

Он наклонился вперед и поймал ее взгляд.

– Остановись!

Она выключила зажигание, и большая машина остановилась. Элрон взял ее за плечо и повернул к себе. Она начала было сопротивляться, но все произошло слишком быстро.

Тончайшие мысленные лучи пронизали ее мозг, исследовали уголки памяти, вкусы, суждения, взгляды и словарь. Он узнал, почему называть женщину "красотка" считалось неприличным в порядочном обществе и что цивилизованные люди никогда не надевали десятигаллоновые шляпы вместе с крылатым воротником. Ее язык понравился ему несколько больше, чем грубые несоответствия Чонси. Он узнал, что такое музыка, очень многое о деньгах, что, само по себе уже удивительно, почти никогда не занимало мысли Чонси. Он узнал кое-что о самой девушке; ее звали Ариадна Дру, у нее было огромное состояние, которое она не заработала, и она настолько привыкла, чтобы к ней обращались в соответствии с ее положением в обществе, что относилась беспечно к таким вещам, как подвезти голосующих в попутной машине.