В ответ раздался веселый смех. Речные бродяги стали уверять его, что скорее благородный господин опустошит свой кошелек, ибо нет лучше игроков на Рокане, чем они.

— Виконт, даже не вздумайте, — прошипел Аргай, стоявший рядом с нами. — Эти наглецы только и ждут момента, чтобы вас ограбить. Знаю я, каковы их намерения!

Ним Агосто как-то странно усмехнулся и стянул с рук перчатки, что послужило знаком для зрителей. Все зашумели в предвкушении серьезной игры.

— Вы хорошо подумали? — я тоже не был в восторге от идеи своего второго нанимателя. Слишком уж виконт показался мне самонадеянным. Да здесь не авантюризмом пахло, а обычным безумием. На хрена ему сдались эти кости? В подобных случаях на статус игрока здесь не смотрят. Начнет Ним проигрывать, занервничает, сорвется — и самое легкое, что случится, нам накостыляют по шее.

— Абсолютно, — кивнул Агосто и спросил у щетинистого моряка: — Когда я могу сесть за стол?

— Да вот сейчас Аминторе профукает последние гроши, и пожалуйте, — ухмыльнулся как-то уж нехорошо этот пожилой волчара.

Ждать пришлось недолго. Проигравший со злым ворчанием поднялся с лавки, и тут же толпа расступилась в сторону, давая виконту возможность занять его место.

— Каков будет банк? — поинтересовался Ним. — Так же по четвертинке или сразу по два серебряных гроша?

— Можно и золотым рискнуть, — вякнул кто-то из зрителей.

— Милейший, за ставку в золотой я обдеру вас до исподнего, а мне этого не хочется, — хладнокровно произнес виконт. — Итак, кладем в банк по два гроша. Сами потом благодарить меня будете.

Он первым положил в очерченный мелом круг две потертых серебрушки, и выпрямил спину, как будто готовился не к киданию костей, а к изящной дуэли на шпагах.

— Победитель кидает первым, — объявил условие низкорослый соперник с короткой шеей, едва не вросшейся в плечи, отчего выглядел несколько несуразно. К тому же рябое лицо с тонкими бровями и маленькими ушами создавали странную ассоциацию с каким-то сказочным существом, умеющим только пакостить.

— Ради бога, я не собираюсь оспаривать правила, — ответил виконт. — Давайте начнем побыстрее, а то я чертовски устал за день, хочу отдохнуть.

Рябой в ответ только ухмыльнулся; загреб кубики и кинул их в оловянный стаканчик, весь потертый от хватавших его многочисленных пальцев. Затряс, переворачивая и так, и этак, пока не убрал ладонь, чтобы выбросить кости.

У каждого игрока есть свои приемы, отточенные до автоматизма, считая их наиболее приемлемыми в любой ситуации: кто-то аккуратно кидает так, чтобы кубики ложились рядышком, словно примагниченные друг к другу, другие швыряют их остервенело, чтобы получился большой разброс, иные умельцы умудряются выбрасывать их так, что они долго крутятся на гранях, пока не лягут в некой последовательности. Но в одном все уверены: именно такой способ позволит сорвать куш.

Соперник виконта дернул рукой, которой держал стаканчик, и кости выкатились на стол, лихо прокрутились на гранях и застыли в комбинации два-три. Что означало пустой бросок, и право переходило к Агосто. У него ни один мускул на лице не дрогнул. Ни злорадной улыбки, ни облегчения. Показалось, он очень внимательно смотрит на движение потертых матовых кубиков, словно пытается разглядеть в незамысловатой и подверженной случайным механическим воздействиям траектории какую-то закономерность.

Скрипнув зубами от досады, рябой напряженно уставился на руку виконта, взявшего кубики и подкинувшую их вверх. На мгновение замерев Ник сжал их, прикрыл глаза — и закинул в стакан. Начав размеренно трясти его, Агосто успел с усмешкой оглядеть замершую возле стола компанию своего соперника и неуловимым движением выкинул кости. С сухим стуком они прокатились по деревянной поверхности, крутнулись на гранях и замерли, показывая три-четыре.

Пронесся разочарованный гул. Виконт был на грани проигрыша. Рябой от расстройства шарахнул кулаком по заляпанному жиром столу. В банк пошли еще по две монеты от игроков. Снова загремели кубики в стакане. Матрос ощерился и неожиданно, в момент броска выкрикнул:

— В`aри!

Игральные кости шлепнулись на стол, снова совершив кульбит на гранях, и помещение огласилось дикими воплями. Выпала комбинация два-один, по сути своей проигрышная. Но рябой успел произнести заветное слово, которое позволяло превращать поражение в победу. Таковы правила, и виконт об этом знал. Он только усмехнулся и произнес:

— Неплохо!

— Сударь, ваше положение довольно плачевное! — произнес щетинистый. — Нужна сильная пара, чтобы перебить удачу Тибо. Но если она к нему прицепилась, то уже не отпустит.

Компания дружным ревом подтвердила его слова. Рябого Тибо похлопывали по плечам, уговаривали держать пальцы скрещенными, но игрок только отмахивался, беспрестанно облизывая пересохшие губы. Кто-то протянул ему стакан с вином, который он машинально выхлебал. А виконт, словно решив поиздеваться над соперником, повторил трюк, держа на раскрытой ладони кубики и покачиваю ею вверх-вниз, потом с такой же вальяжностью закинул в стакан.

Черт побери, да Агосто издевался над рябым! Плевать, что несколько серебряных грошей будет проиграно! Он пытался вывести из себя всю эту братию, чтобы… что? Спровоцировать на какие-то действия? Если так, мне не нравилась подобная идея, потому как со мной ее не обсуждали.

Рука скользнула вниз и замерла на рукояти кортика. Я почувствовал, как она отозвалась радостной вибрацией. Да уж, клинок шкипера Хаддинга, так и оставшийся со мной, еще тот любитель крови. Эх, знать бы твою истинную историю! Откуда ты вообще появился? Кто тебя создал, и кто был первым хозяином?