Беру кружку, прикасаясь к ее пальчикам. Они ледяные.

Смотрим друг на друга. В моих глазах отчаянье. Я и сам это чувствую. В ее глазах… в ее глазах нежность… Или я выдаю желаемое за действительное и у меня начались галлюцинации?

— Выпей. Это успокоительный.

Подношу чай к губам и делаю глоток. На автомате. Вкуса не чувствую.

Ставлю посуду на пол. Хочу протянуть руку и дотронуться до девочки, но одергиваю себя. Я не знаю, как сейчас себя вести и что все это значит?

— Ответь честно на один вопрос.

— Отвечу.

— Ты любишь ее?

— Кого, Саш?

— Наташу. Ты любишь Наташу?

— Нет. Не люблю и не любил.

Кивает каким — то своим мыслям.

— Послушай меня. — Беру ее пальчики, грея в своих. — Я никого не люблю, кроме тебя. Никого. Навсегда. Я готов ко всему. С тобой. Только с тобой. Ты — моя душа. Моя сила. Моя жизнь. Только ты. Всегда.

Саша вытаскивает свои руки, кладет на мою шею и забирается ко мне на колени.

— Обними меня, Давид. Пожалуйста, обними меня. Мне так страшно.

— Из — за чего, девочка моя?

— Я… мне страшно, что у меня черная душа… и я не должна лишать ребенка папы. Я знаю, как это, когда одна. Но… — Слезы душат ее, но она даже не пытается их стирать. — Я не смогу без тебя.

— Ты не будешь без меня. Родная моя.

Я сам в шоке от того, что происходит. Ожидал криков, истерики. Был готов, что попросит уйти из ее жизни. Но моя сильная девочка снова меня удивила.

— Пообещай теперь ты мне две вещи. Поклянись.

Жду, что скажет. Стираю соленые дорожки.

— Ты не бросишь этого ребенка, если он твой. И… и… пообещай, что отправишь меня на операцию. Пожалуйста, Давид.

— Господи… Саш…

— Пообещай мне.

Она сжимается, как пружинка, но не отвозит глаз. Ждет.

— Клянусь. И клянусь быть рядом всегда. Слышишь? Ты не пожалеешь!

Целую. Перед глазами пронеслась жизнь, а, может, вечность. Вечность, когда было ее рядом. Разве можно так любить?

— Люби меня всегда, хорошо? Сильно — сильно. И не отпускай.

Не отпущу. Теперь — точно не отпущу. Никогда.

Моя навсегда.

— С днем рождения, любимая! — Моя девочка потягивается, высовывая носик из — под одеяла.

Улыбаюсь. Пока принцесса спала после тяжелого разговора и часов, полных нежности и ласки, которые мы дарили друг другу, успел заказать свежие ягоды. Саша их любит, а я как — то в голову не брал, что это может ее порадовать. Мелочь же вроде. А оказывается в мелочах все самое большое.

— Начинаем праздник? Твой первый подарок. — Ставлю поднос с завтраком для именинницы и протягиваю футлярчик. Жду, пока откроет.

Я видел, как она рассматривала эти сережки и сразу же их заказал. К ним есть еще кое — что, но это будет позже.

— Тише, тише, опрокинешь свой завтрак!

Смеюсь, смотря, как моя девочка прыгает на кровати от радости. Такая искренняя, такая счастливая.

Моя.

Шамиль.

Тяжелые решения даются тяжело сами по себе. А реализуются еще хуже. Найти компромисс с самим собой можно попытаться. Ну хоть как — то. А переступить через свое эго…

Набираю и сбрасываю номер раз двадцать, наверное. Хуже девочки — школьницы. Она волнуется, что откажут. А я забиваю последний гвоздь в крышку своего ящика. Этот звонок отрежет меня от любимой девчонки навсегда.

Но путей для отступления нет. Жил же я как — то без нее? Жил. Ключевое слово «как — то». Любовь и без энергетика окрыляет. Но и приземляет не хило так. Со всей высоты в одну секунду бац. И нет человечка. Оболочка ходит, действия совершает. А внутри пустота. Херовое будущее, но какое уж есть. Сам выбирал свой путь.

Тьма, сидящая внутри уговаривает забрать девочку себе. Возможности — то есть. И шансы есть. С ее детством она явно лишена была лишена заботы и проявления теплых чувств. В том объеме, в котором нуждалась. А учитывая как меня от нее разрывает, все это могу дать. Хочу. Но… нет… Рисковать ей — за гранью даже для моего гнилого нутра. Лучше с другим, но живая и счастливая.

Помню, отец возил на свою родину. Высокие горы, уходящие за облака. Снег, слепящий глаза. И плато над обрывом. Внизу и людей — то не разглядеть. Смотришь, и дышать боишься. Вот сейчас я снова стою на краю этого обрыва. Сжимаю ледяными пальцами телефон. К черту, пока сомневаюсь, может прилететь оттуда, откуда и не ждал.