— Я не хочу вам служить, — стиснул зубы довольно молодой маг.

— Вероятно, скоро передумаешь. Будь сговорчивее, — отрезал Энки и пошёл дальше, пока мага выволок ещё один зашедший член Ордена. Иной приходилось действовать жёстче. Но он верил, что так будет лучше.

Проверка продолжалась. Очередная женщина, никакой реакции.

— Я согласна. Я передумала и хочу с вами. Мне всегда сложные решения сложно и долго давались, — тут же сказала она, маг в синем посмотрел с нескрываемым презрением.

— Ты лжёшь. Неужели надеялась обмануть умеющего работать с пакетами памяти?

— Клянусь! Рабский контракт повесьте! Вы мне не нравитесь, но…

— Заткнись. К сожалению, контракты наисовершенны и их стало бы слишком много. Ты послужишь иначе, — усмехнулся Адолир, дав ей ментальную пощёчину, и женщина тихо заплакала. Полнейшая безысходность.

Энки продолжал обходить людей, некоторые вовсе отказались, сверля Энки злобным взглядом и не пытался заставить их. Слишком сильны убеждения. Наконец последним был маг с Истоком. Очередной отрицательный результат. Впрочем, дар Изгиба редок и один на группу уже был неплохим результатом. Может и у сразу согласившихся что-то есть. Проверят позже, нет нужды спешить.

— Итак, на этом можно поставить точку, — он начал создавать заклинание магии души.

— Нет! Убей! Просто убей! Пощади! — человек чётко понял, что с ним хотят сделать.

Мольбы остались не услышанными. Вплетённый в душу Исток невозможно безвредно отделить. Обычно только распад оболочки и уход души в другие планы оставляет за собой Исток, что «выпадает» из души, не может провалиться следом за ядром. И если владелец — недруг, то его достаточно убить и забрать Исток без лишней возни.

Но им хотелось сохранить и повреждённую душу, и забрать Исток. А душа без тела становится более хрупкой. Человек истошно вопил и брыкался, пока его тело пронзали нити алой магии.

Лицо искажала гримаса боли, сосуды глаз полопались, окрасив белок в красный. Всё лицо было мокрым от пота и слёз, но человек ничего не мог сделать, кроме как вопить во всю глотку.

Жестокое подобие смерти, мужчина последний раз вскрикнул и затих, тело обмякло и умерло без всяких травм. А алые нити держали синеватый огонёк души, только что лишившийся физической оболочки. Обычное умение для некромантии, необходимое. Умение удержать душу от ухода в посмертие. Другой пучок, уже обычных нитей маны держал сильный, пылающий оранжевой энергией Исток, который Энки тут же привязал к вместилищу и убрал в подготовленный футляр под тяжёлую мантию, нагруженную множеством важных мелочей.

Позволил захватить душу кратно более сложному артефакту ловушки душ.

— Умоляю убейте! Просто убейте! Не берите наши души, — взмолилась женщина, по щекам текли слёзы, а по рукам стекала кровь после множества попыток сломать кандалы силой. — Служить! Клянусь! Умоляю!

— Чьи-то же мы должны взять, — криво усмехнулся Адолир, поправ синюю мантию. Он ударял ментальной магией тех, кто пытался как-то встать или слишком шумел.

— Адолир, ты просто садист. Выруби уже всех. Пусть спят до начала процесса. — Вздохнул Энки, подходя к следующему. С первым было бесполезно, от такого невозможно не очнуться, если только повредить душу очень сильно, а это недопустимо. Голое ядро с ошмётками оболочки бесполезно. Для создания химеры необходимо исказить разум и вмешаться в некоторые части души, изменить их согласно шаблону. Чтобы получить и направить энергию, целая оболочка необходима, чтобы функционировал хотя бы командный разум — тоже.

Теперь он держал активированную ловушку душ и убивал некоторых пленных коротким ударом в голову лезвием из самого пространства. Некоторых, на которых пал его глаз. Прошедшие розоватые волны усыпляли людей, крики стихли. Приказ был исполнен и люди теперь не дёргались. Он давно привык к задаче, иногда требуются жертвы и кто-то должен выполнять грязную работу. Хотя наклонности своего телохранителя и помощника были ему неприятны.

Последней глаз пал на крикливую пожилую зверолюдку. Момент преобразования причиняет немало боли, прежде чем человека можно счесть мёртвым. Она особенно сильно боялась грядущего и хотя это было иррационально, но он решил убить и её. Сильная душа вполне подходила и больше она себя не осознает.

Убедившись, что душа захвачена артефактом, он убрал его обратно под мантию.

— Эти требуются Владыке. Остальные пойдут на Жнеца или Королевских мечников, их слишком мало.

— Хе-хе. Они не представляют, что их ждёт, — снова мерзко скалился Адолир.

— Завязывай с этим. У меня ещё много дел, разбирайся с новопосвящёнными, только не веди себя подобным образом. Не будь таким садистом, этим людям в каком-то плане не повезло, но они помогут нам, — скривился Энки.

— Есть, мастер. — Адолир остыл, поняв, что слишком разошёлся.

Энки ушёл, создав телепорт к другому убежищу. Адолир же позвал помощников, чтобы кинули тела убитых на корм молодым химерам, а живых отправили мастерам магии души. Сам же натянул доброжелательную маску и сначала пошёл поработать с разумом мага с даром Изгиба.

Вложить пару идей, пару красивых речей, немного давления и он будет столь же верен, как и остальные. С остальными хватит проверки и беседы. Если сами захотели быть частью Ордена, то им же проще, влияние на разум иногда пагубно сказывается на интеллекте или его стабильности. Это опасно и без нужды так не делали, прибегая больше к словесным убеждениям максимум с небольшим влиянием. Но он был совершенно не против надавить больше, если того требует долг и общее дело.