Я смерил его скептическим взглядом и чуть ли не силком влил в этого дурака очередной эликсир.

Как оказалось, прошлой ночью я недооценил его ослиное упрямство и не сразу заметил, что у парня была не только повреждена нога, но еще сломаны два ребра, травмированы кости носа, отбита печенка, почки, поврежден левый глаз и, в довершение всего, красуется огромная шишка на затылке.

Самое же удивительное заключалось в том, что до ближайшего поворота он каким-то чудом сумел добраться на своих ногах, и только после этого его хромота стала хорошо заметна. Потом он стойко дожидался экипажа, который мне пришлось ловить на пустынных улицах не минуту и даже не две. Честно трясся вместе со мной на ухабах. Даже самостоятельно вошел в дом и только в коридоре рухнул как подкошенный. Пришлось его поднимать, тащить в гостиную, раздевать, укладывать, словно дорогого гостя…

И вот время уже почти утро. Я извел на этого негодяя сразу два исцеляющих амулета, кучу времени и целую батарею дорогих магических зелий, а он все равно продолжал стенать и каждые пять минут обещал сдохнуть.

Может, мне уже пора менять слугу? Или все люди такие капризные?

— Оставь его, — посоветовал Мор перед тем, как вернуться в амулет. — Пусть отдохнет и проспится. А завтра он сам поймет, что ему не так уж и плохо.

Я изучающе глянул на ауру парня и, найдя ее вполне приемлемой, поставил на стол пустую склянку.

— Злые вы, — простонал Нардис, не поднимая голову от подушки. — Уйду я от вас.

— Куда ты денешься? — цинично отозвался призрак. — На тебе магическая привязка висит.

— А вот возьму и денусь… хоть бы кто оценил мой подвиг. Так нет же, только ругают, шпыняют, требуют невозможного…

Я вопросительно изогнул бровь.

Так. Это что? Бунт на корабле? Переломы давно срослись, синяки почти не видны, все органы у этого нытика вот уже полтора часа работают как надо, а он все равно недоволен?

— Буэ-э… — вдруг простонал Нардис, торопливо скатываясь вниз и склоняясь над большим тазом. — Богини, ну за что мне это?! Чем я перед вами провинился?! На-а! Ра-а… Буэ-э!

Я не мог понять, в чем дело: рвало его долго, слизью, желчью и какой-то бурой гадостью. Но лишь после того, как в результате очередного приступа о дно тазика что-то гулко стукнулось, до меня наконец начало доходить.

— Это что? Мой амулет?

— Да-а, — простонал позеленевший парень, с трудом откинувшись на подушки. — Там поначалу столько иэсбэшников набежало, что скелетов пришлось усыпить… мало ли… вдруг ты ошибся? Знаешь, что началось бы, если бы под городом обнаружили уже созревшую нежить? Следаки все дома в том районе выпотрошили бы. С лупой по нашим следам прошли бы. И рано или поздно все равно бы нашли. А там или ты бы их убил, развязав тем самым полномасштабную войну, или же они тебя на костер отправили…

— Да, но какое отношение к этому имеет амулет?!

— А ты как думаешь? — из последних сил прошептал Нардис. — По-твоему, я рискнул бы высунуться на поверхность, нося на видном месте амулет крови? Или потащил бы домой ворованное серебро, не убедившись, что за нами нет слежки? Поэтому амулет я проглотил. Понадеялся, что его свойства после этого не потеряются. Потом полез наверх, чтобы все проверить, но по дороге оступился, нашумел и… в общем, остальное ты знаешь.

Я уставился на измученного парня так, словно впервые увидел.

Нет, ну каким же надо быть ненормальным, чтобы совать в рот зачарованный предмет, на котором осталась хотя бы капля моей крови? Это же отрава в чистом виде! К ней даже прикасаться лишний раз не рекомендуется. Крысы от одного запаха, бывало, в обморок падали, а если их макали в кровь носом, то быстро начинали задыхаться и помирали в таких муках, что Кариур убивал их сам. Из милосердия.

А этот придурок не только усыпил костлявую охрану, но и сожрал активированный амулет только ради того, чтобы не доставить нам лишних хлопот?

— Даже не знаю, чего в нем больше — отваги, преданности или дурости? — задумчиво проговорил Мор, болтаясь поблизости.

Я, если честно, тоже не нашел ответа на этот вопрос. Однако после того, как обессиленный Нардис все-таки уснул, посетившее меня раздражение постепенно исчезло. И не вернулось даже после того, как я осознал, что в ближайшие сутки он точно не ходок, так что за честно заработанными деньгами мне придется возвращаться самостоятельно.

Впрочем, господин Леман — угу, тот здоровяк все же представился — не стал возражать против замены и даже соизволил поблагодарить за очищенное от проклятия серебро. Мы еще раз переговорили, только теперь без свидетелей. И в итоге пришли к мысли, что у нас есть общие цели.

В частности, получив от него солидную сумму за вчерашнюю услугу, я договорился о сбыте оставшейся у нас в доме части серебра. Естественно, за процент. По поводу размера процента мы, как и полагается, немного поспорили. Но здоровяк умел считать не хуже меня, поэтому, скорее всего, еще вчера прикинул, какую часть добычи я успел у него увести. Но при этом не стал предъявлять претензии, поскольку в итоге нам досталось почти поровну. А еще он наверняка догадывался, что «нам»… то есть мне… все равно придется через кого-то продавать редкий и непростой для реализации товар. Поэтому как только я сделал непрозрачный намек, этот хитрец тут же предложил свои услуги.