Ни злости, ни злобы, ни отчаяния. Мечта любого человека в сложную минуту: раз – и нет никаких лишних эмоций. Только ты и чистая от мыслей и переживаний голова.

Присесть и перекатиться назад. Над головой просвистело копье, целью которого явно были мои ребра и порванная кожаная броня, снятая с какого-то мертвого бедолаги.

Перехватить кинжал обратным хватом и полоснуть по коленному сгибу, защищенному только неширокой кожаной прокладкой, удерживавшей наколенник и щиток на ноге. Крутанувшись на полусогнутых, я сумел все-таки всадить ржавый и зазубренный кинжал в зазор между металлическими пластинками по самую рукоять в нежную человеческую плоть.

Магический рев, подобный реву раненого медведя, оглушающей и рвущей барабанные перепонки волной прокатился по полукруглому тоннелю. Маг поддержки инстинктивно поставил кинетический щит, окутав себя и своих напарников голубым сиянием, которое тут же погасло, а в меня полетела новая огненная стрела.

Я едва успел перекатиться в сторону от падающего на меня сверху двухсот с лишним килограммового авантюриста. Вперед. Выход тут же запечатала полупрозрачная пленка защитного купола, не пропускающего ни грамма неживого. Щит от нежити. Сильное заклинание, не спорю. В мага тут же полетел крупный булыжник, подхваченный с каменного пола, видимо откололся во время взрыва «Светляка».

Кинетический щит и ледяная стрела, следом – ледяные оковы. Вот только контроль у мага пока слабоват, более одного-двух заклинаний одновременно контролировать не может. В итоге я успел покинуть тоннель.

Надо было обломить нож в ране: пока вынут лезвие или организм сам вытолкнет инородное тело, прошла бы пара минут, еще столько же потребовалось бы на сращивание плоти и кожи.

Из тоннеля выскочила юркая фигура второго загонщика, а точнее загонщицы, которая буквально порхала, размахивая немного длинноватым для ее небольшой и хрупкой (визуально хрупкой) фигуры копьем. По копью прокатились статические разряды, после чего с наконечника сорвалась ярко-голубая молния, испепелившая в облако пыли ветхого зомби, которых в этой пещере было просто навалом.

Есть шанс затеряться в общей свалке, покинуть пещеру с противоположного выхода и уйти на нижний ярус к подземному озеру с гидрами. Следом вряд ли кто отправится. Для них это слишком опасная территория.

– Ан-Рай! Цепнуху! Уйдет ведь тварь! – прокричала копейщица, дуговым взмахом копья отправляя в полет сразу троих оживших мертвецов, сбивая идущих следом за ними.

Образовалась небольшая свалка из оживших мертвецов. До темного прохода оставалось около десяти метров, как проход накрыла золотистая магическая пленка щита, а следом маг нанес удар по площади каким-то заклинанием пресса или гравитации, так как всю нежить с хрустом перемалываемых в пыль костей прижало к каменному полу, а следом ударила огненная волна.

Маг куда более опытен, чем копейщица. И удар молнии куда более разрушителен по живым существам, а вот огонь великолепно пожирает иссохшихся мертвецов. Мне повезло только в том, что меня задело лишь краем гравитационного удара, магия огня имела куда меньшую площадь поражения.

Давление спало, пленка исчезла. Ну и, конечно, копейщица тут как тут, попыталась в прыжке пригвоздить меня к полу своим копьем. Вывернувшись из-под широкого лезвия с зацепом на наконечнике копья, я, сделав подсечку не успевшей твердо встать на ноги авантюристке, скользнув ей за спину и с трудом произвел захват. Соотношение сил просто пугающе разное, эта хрупкая на вид девица своими руками способна перетереть мои кости в пыль. Останавливало ее только острие ее же стилета, прижатое в незащищенную нижним забралом щель между шейной броней и шлемом.

Клац.

Все замерли, причем больше удивленно, чем испуганно. И еще я чувствовал магическую энергию. Энергию, тонким ручейком перетекавшую из ее стигм ко мне. «Расовое поглощение энергии нежитью». Разве этот навык был не у нежити ранга крикливых ведьм и личей? Видимо, не только.

– Что встали, остолопы?! Эта тварь меня выпивает!

Я ощутил, как ожили четыре стигмы, наконец-то получившие достаточно магической энергии для пробуждения, стали поглощать, ее словно страдавший от жажды в пустые воду.

– Держи его так! Сейчас наложим паралич и свяжем наш дорогостоящий приз!

– Ты… ты ИДИОТ! Ты забыл, что он понимает нашу речь?! Ау! Да не тыкай мне в шею кинжалом! Я и так не дергаюсь!

Клац-клац.

Внезапно ток магической энергии прекратился, и девушка, обмякнув, словно куль с песком, повисла на мне, причем всем весом своих стальных доспехов! Еле успел отскочить, чтобы не быть связанным брошенными в меня боло. Одно запуталось у копейщицы в талии, а второе обвилось вокруг ее шеи и правого наплечника.

Впервые за время пребывания в состоянии нежити я что-то почувствовал. Нет, не бесполезные здесь чувства и ощущения вкупе с жалостью и ненавистью. Нет. Я ощутил себя иначе! Словами это не передать, так как такие слова мне просто неизвестны.

– Кай-Я?!

Здоровяк, словно раненый бык, метнулся к упавшей соратнице, сметая со своего пути нежить, которая все еще оставалась на ногах относительно целая, некоторые, правда, уже догорали, стоя на своих двоих.

Три мерцающих шага в сторону. Неосознанно, рефлекторно, на одной только мысли об уклонении от широкого взмаха длинного трехметрового древка копья. Здоровяк, похоже, уже сумел не только оклематься, но и залечить рану в пятой точке. Слишком проворно двигается для раненого.