– Похоже, нам следовало нанять его, - заметил Нарман с мрачным юмором, и Шэндир позволил себе легкую улыбку в ответ.

Князь откинулся на спинку стула, откусывая сдобренное орехами и липкое от меда пирожное и обдумывая сообщение Шэндира. Шэндир часто задавался вопросом, как этот человек может наслаждаться такими сладкими, тяжелыми угощениями, учитывая климат столицы, расположенной на уровне моря, почти прямо на экваторе, но пристрастие Нармана к сладкому вошло в поговорку. Он жевал задумчиво, размеренно, по крайней мере, целых пять минут, а барон сидел так же молча, потягивая свое какао. Наконец Нарман доел печенье, вытер салфеткой липкие пальцы и осушил свою чашку.

– Полагаю, ты рассказал мне все, что мы знаем до сих пор, - сказал он.

– Да, мой князь. Как я уже сказал, Лэйхэнг работает над тем, чтобы получить для нас больше деталей, и я ожидаю, что мы услышим от герцога... в конце концов.
– На этот раз он и Нарман скорчили друг другу гримасы.
– Однако до тех пор, - продолжал барон, - мы фактически ничего не знаем.

– Согласен. Тем не менее, если все слухи и сплетни настаивают на том, что этот незнакомец - кем бы он ни был, Шан-вей - был ответственен за то, что пошло не так, думаю, нам нужно узнать о нем все, что мы можем. Почему-то я сомневаюсь, что он просто исчезнет - не после того, как спас жизнь кронпринцу!

– Возможно, вы правы, мой князь. Но также возможно, что он не более чем обычный искатель приключений, которому посчастливилось оказаться в нужном месте в нужное время.

– Если ты действительно веришь, что это возможно, Хал, тогда, возможно, мне нужен новый глава разведки, - фыркнул Нарман.

– Я не говорил, что это вероятно, мой князь. Я просто указал, что это возможно, и так оно и есть. Согласен, что нам нужно узнать о нем все, что мы можем, особенно то, как он мог узнать о наших планах заранее. В то же время никогда не стоит позволять себе слишком привязываться к какому-либо набору предположений, прежде чем они смогут быть подтверждены или опровергнуты.

– Справедливое замечание, - признал Нарман.
– Тем не менее, я хочу знать о нем все, что мы можем.

– Конечно, мой князь.

– И я думаю, нам нужно подумать о нашем собственном прикрытии, - продолжил Нарман.
– Знаю, что связи Лэйхэнга с герцогом хорошо скрыты, но Уэйв-Тандер не дурак, а хорошо спрятанный - это не то же самое, что невидимый. Хааралд обязательно заподозрит нас, и если они выяснили больше, чем мы думаем, они могут точно знать, кто такой Лэйхэнг, и вызвать его на допрос. Сколько вреда он может нам причинить, если они это сделают?

– Боюсь, что очень много, - признался Шэндир.
– Он отвечает за все наши операции в Теллесберге, а также координирует почти всех наших агентов за пределами столицы. И хотя мы никогда не говорили ему, какими могут быть наши конечные цели, несомненно, он должен был понять, особенно при участии герцога, что это была прямая атака на монархию, а не только на Кэйлеба.
– Барон вздохнул.
– Чтобы быть эффективным, он должен знать достаточно - и быть достаточно умным - чтобы стать опасным, милорд.

– Должны ли мы рассмотреть его... отставку?

– Честно говоря, не знаю.
– Шэндир нахмурился, кончиком пальца выводя круги в ярком солнечном пятне на вощеной и отполированной поверхности стола, пока думал об этом.

– Уверен, что у него есть планы тихо исчезнуть при необходимости, - сказал барон через несколько секунд.
– Насколько хороши могут быть эти планы, конечно, сказать невозможно, особенно с такого расстояния. Если чарисийцы знают или подозревают, кто он на самом деле, вероятность того, что ему удастся просто исчезнуть, вероятно, не очень велика. Они должны быть готовы наброситься на него в тот момент, когда он будет выглядеть так, как будто пытается выбраться из города. Учитывая тот факт, что именно его информированность делает его опасным для нас, приказать ему попытаться покинуть Теллесберг может быть худшим, что мы могли бы сделать, если бы это заставило их пойти дальше и арестовать его для допроса.

– Вероятно, было бы проще и безопаснее просто убрать его, мой князь. Это было бы относительно просто, и есть достаточно чарисийцев, которых мы могли бы нанять через надлежащего посредника, чтобы убить его по любому количеству очевидных причин, не вовлекая себя. Но он наш главный агент в Чарисе, и он всегда был эффективен для нас. Потеря его, а также всех его контактов и фоновых знаний была бы серьезным ударом. Кому-то другому потребовались бы месяцы, возможно, годы, чтобы развить те же возможности и источники.

– Знаю, но если Уэйв-Тандер арестует его, мы все равно его потеряем, с дополнительным риском, что они смогут доказать нашу причастность.

– Мой князь, Хааралду не нужны доказательства вашей вражды, - указал Шэндир.
– С этой точки зрения то, что происходит с Лэйхэнгом, совершенно не имеет отношения к делу.

– Имеет, если это вдохновит его ответить тем же, - сухо заметил Нарман.

– Согласен. Но если они не уверены, что за покушением стояли непосредственно мы, они должны подозревать и всех остальных. Например, в их списке подозреваемых должен быть Гектор. Даже Мантейл мог быть ответственен за это. Если Уэйв-Тандер связал Лэйхэнга с нами, то его убийство, вероятно, убедило бы их, что мы были главными движущими силами. В конце концов, если бы это было не так, зачем бы нам его устранять?