– Правду?
– зашипел Грей-Харбор.
– Так вот из-за чего все это было? Кто послал тебя дискредитировать герцога?!

– Никто никуда не посылал меня, кроме моей собственной воли, - ответил Мерлин.
– И я не стремлюсь дискредитировать никого, кроме тех, чьи собственные действия уже дискредитировали их.

– Больше ни одной лжи! Я не буду...

– Рейджис!
– Уэйв-Тандер выглядел несчастным, но резкость в его голосе заставила Грей-Харбора снова обратить на него взгляд. Первый советник сверкнул глазами, и Уэйв-Тандер покачал головой.

– Рейджис, - снова сказал он, его голос был намного ближе к нормальному, - я думаю, нам нужно выслушать то, что он хочет сказать.

– Что?
– Грей-Харбор недоверчиво уставился на своего товарища по совету.

– Мои собственные люди сообщили о нескольких... нарушениях, связанных с герцогом, - неловко сказал Уэйв-Тандер.

– Какого рода "нарушениях"?
– недоверчиво спросил Грей-Харбор.

– Большинство из них были мелочами, - признался Уэйв-Тандер.
– Компания, которую он поддерживал, несколько случаев, когда известные агенты Эмерэлда ускользали из наших рук в Хейрате, когда мы предупредили власти, чтобы они их взяли, торговые предприятия, которые оказались необычайно прибыльными для него и в которых были глубоко вовлечены интересы торговцев Эмерэлда. И тот факт, что он был лучшим клиентом Лэйхэнга по вивернам, насколько мы можем судить.

– Не будь смешным, - холодно сказал Грей-Харбор.
– Герцог - мой зять, напоминаю вам - пристрастился к охоте. Его вивернарий с вивернами - самый большой и дорогой во всем королевстве! Конечно, он "лучший клиент" Лэйхэнга! Ради бога, Бинжэймин! Мы все время знали, что прикрытие Лэйхэнга было выбрано специально для того, чтобы дать ему доступ к таким людям, как Калвин! Если ты собираешься обвинять его на этом основании, тебе придется обвинить половину дворян в Чарисе!

– Вот почему я еще ни в чем его не обвинял, - довольно резко сказал Уэйв-Тандер.
– Я сказал, что это мелочи, и никто не собирается обвинять кого-то в положении герцога в измене на основании таких надуманных доказательств. Не тогда, когда он так близок к короне, и когда он так открыто и решительно поддерживал короля так долго. Но это не меняет сообщений, которые я получил, и это не обязательно делает сейджина Мерлина лжецом. В чем - барон посмотрел Грей-Харбору прямо в глаза - ты его обвиняешь.

– Разве он только что не обвинил герцога в гораздо худшем?
– огрызнулся в ответ Грей-Харбор.

– Да, он это сделал, - сказал Уэйв-Тандер, его голос был еще более ровным, чем у Мерлина.
– А что, если он прав?

– Сама идея абсурдна!

– Что не значит, что это не может быть правдой, - непоколебимо сказал Уэйв-Тандер.
– Это моя зона ответственности, Рейджис. Я не хочу, чтобы сейджин Мерлин был прав насчет герцога, но я несу ответственность за рассмотрение возможности того, что он может быть прав. И это твоя ответственность - позволить мне сделать мою работу и выяснить это.

Грей-Харбор пристально смотрел на него несколько напряженных секунд. Затем он снова посмотрел на Мерлина, и его темные глаза были полны горечи и ярости.

– Очень хорошо, - процедил он сквозь зубы.
– Делай свою работу, Бинжэймин. И когда ты докажешь, что в этом нет ни единого слова правды, сделай свое дело и расследуй этого человека тоже! Что касается меня, боюсь, в данный момент у меня есть другие обязанности.

Он встал, сердито поклонился Уэйв-Тандеру и вышел из комнаты, даже не взглянув в сторону Мерлина.

IX

Кабинет барона Уэйв-Тандера,

Теллесберг

– Боюсь, это выглядит так, как будто там... может быть, что-то есть, милорд.

Бинжэймин Рейс откинулся на спинку стула с несчастным выражением лица. Сэр Рижард Сифармер, его заместитель, выглядел таким же несчастным. Сэр Рижард нес главную ответственность за контрразведывательные операции Уэйв-Тандера (хотя это тоже был термин, который еще не был изобретен заново на Сэйфхолде). Он был самым доверенным подчиненным Уэйв-Тандера, как благодаря его лояльности, так и его суждениям, и он также был очень умным человеком. Уэйв-Тандер не сообщил ему личность обвинителя герцога, но барон был уверен, что Сифармер вычислил его. У сэра Рижарда, однако, было полжизни опыта в том, чтобы не задавать вопросов о вещах, которые он не должен был знать, и Уэйв-Тандер полностью доверял его благоразумию.

На данный момент Сифармер был также человеком, который только что провел последние два дня, перебирая каждую крупицу информации, которая у них была о герцоге Тириэне. Учитывая его ранг и обязанности, герцог не раз тесно сотрудничал с Уэйв-Тандером - и Сифармером. Тириэн был в курсе многих важнейших стратегий королевства, посвящен в большинство секретов короля, как личных, так и политических, и он был там буквально десятилетиями. Что, поскольку Сифармер был столь же опытен, сколь и умен, означало, что он точно понимал, к чему может привести этот конкретный карман с червями.

– Мне не нравится признавать это по нескольким причинам, - продолжил Сифармер через мгновение.
– Во-первых, конечно, из-за того, насколько грязным это может обернуться, и из-за того, насколько это повредит его величеству. Но я почти в равной степени недоволен тем фактом, что без этой новой информации - откуда бы она ни поступила, - послушно добавил он, - мы, вероятно, никогда бы не поняли, что может быть что-то серьезное, на что стоит обратить внимание в первую очередь.

– Полагаю, на самом деле это не слишком удивительно, - вздохнул Уэйв-Тандер. Он ущипнул себя за переносицу, лысеющий череп поблескивал в солнечном свете, льющемся через окно позади него, и покачал головой.
– Никто не хочет быть первым, кто укажет пальцем на второго по рангу дворянина королевства, Рижард. И никто не хочет верить, что кто-то, стоящий так высоко в очереди на престолонаследие, вообще может быть предателем.