– Доброе утро, госпожа, – вздрогнула от вежливого обращения по-английски. На меня смотрел милый старичок, приветливо улыбаясь одними глазами, и протягивал листовку, что при близком рассмотрении оказалась меню. – Добро пожаловать. У нас есть замечательный домашний бёрег, гёзмеле и салат пияз. Гёзмеле я сам готовлю, попробуйте, очень вкусно.

Я не смогла не улыбнуться мужчине и кивнула. Однако, улыбка тут же сошла с моего лица, как только за его спиной вырос Давид. Старичок, почуяв его присутствие, обернулся. И вот тут увидела что-то непонятное и противоестественное. Давид расплылся в улыбке и от души поприветствовал хозяина кафе, обняв его, а после низко поклонившись. Мужчины живо затараторили по-турецки, обмениваясь дружелюбными хлопками по спине. Лишь когда Давид бросил на меня свой взгляд поняла, что сижу с отвисшей челюстью. Встрепенулась.

– Дядя Эмре, хочу познакомить Вас со своей невестой, – перешёл на английский Давид и указал старику на меня.

Клацнула зубами, захлопывая рот, и натянуто улыбнулась хозяину кафе, не забыв метнуть в жениха недовольный взор. То, что стало происходить дальше не шло уже ни в какие ворота. Давид встал рядом со мной и притянул за талию к себе.

– Она просто красавица, Дава, – восхищался старик, разбрасываясь поздравлениями и похвалой.

В ответ мой женишок повернулся ко мне и впился в губы. Дернулась, как от удара, приняв попытку оттолкнуть мерзавца, но в бок угрожающе впились его стальные пальцы. Застонала от боли, но вслед за этим его ладонь нежно скользнула по щеке. В нос бил запах мужского парфюма, что был способен зомбировать и подчинять. Наконец, Давид оторвался от меня, а я едва не потеряла равновесие. Придержал за многострадальную талию. Мужчины обменялись ещё раз любезностями, и старик услужливо побежал на кухню, видимо, готовить для нас что-то особенное.

Въехала наглецу под дых, отчего Давид выпустил из лёгких воздух. Его амбалы тут же напряглись, но расслабились, когда пятерня моего жениха сцапала меня за волосы. Сдержала вскрик. Нет, боли я не ощутила, скорее страх от опасения, что она может вот-вот наступить, если не сбавлю обороты.

– Я уже предупреждал, не распускай руки. На третий раз мало не покажется, – рыкнул он и грубо ткнул меня попой обратно на стул.

– Ты их первый распустил, – прошипела в ответ, глядя, как мужчина опустился на соседнее место.

– Всего лишь слегка, – сгримасничал Давид.

– Великолепно, теперь у меня во рту словно мухи нагадили, – буркнула сердито.

Мужчина изучал меня с насмешкой на лице.

– Ты и правда, считаешь, что у тебя девять жизней, как у кошки? Твоё хамство меня пока забавляет, но, уверяю, когда-нибудь ты можешь выбрать неудачный момент.

Сглотнула, поняв, что и правда искушаю судьбу.

– Это вышло спонтанно, – пожала плечами. – Я разозлилась.

– На поцелуй? – Давид развалился на стуле, широко расставив ноги. Синева глаз играла бликами, а смуглая загорела кожа делала мужчину почти идеальным. – Брось… Просто уважил старика.

– Интересно, он вообще в курсе кто ты? Точнее, что ты такое, – не кольнуть не получилось.

– Думаю, подозревает, – спокойно ответил мужчина, повернув голову к пристани. – Три года назад местный рэкет хотел отжать у него заведение, но я уж слишком сильно люблю это место и его гёзмеле. Меня лучше держать в друзьях, – суженый вновь повернулся ко мне и подмигнул. – Это был совет тебе, если что.

Презрительно оскалилась в ответ и отвернулась. Некоторое время мы молча наблюдали за пристанью. Позднее за влюблённой парочкой, усевшейся на скамье, чтобы предаваться утреннему блаженству в объятиях друг друга

– Почему ты до сих пор одинока? – сиплый, чуть насмешливый голос Давида просочился сквозь завесу думы.

– С чего ты это решил? – надменно приподняла нос.

– Я бы на месте твоего парня тебя не отпустил.

– Но ты не мой парень и не в моей стране. Про то, что бандит вообще молчу.

– Брехня, – рыкнул он, ни грамма не пасуя. – Любящий мужчина никогда и ни на секунду не оставит женщину одну. Тем более в беде. Как его зовут?

– Не твоё собачье дело, – отчеканила каждое слово.

– Значит, я прав… Ты одинока. Потому что не нашла ещё того, кто сумеет без насилия заткнуть твой дерзкий ротик.

Колыхнулась в смешке, понимая, что этот самец снова удумал себе льстить, но внутренне осознавала его правоту. У меня никогда не было продолжительных отношений, так как их ванильность и романтика вдребезги разбивались о быт моей профессии. Я не прощала ошибок, завышала требования к кандидатам на руку и сердце, не стесняясь, выражала недовольство при малейшей ошибке своего кавалера. Да что говорить?! Однажды даже умудрилась довести одного до слёз.

Это всё касалось моего характера, но и имелась другая сторона медали – несовершеннолетняя сестра. Мы остались круглыми сиротами пять лет назад, после гибели родителей. Я на тот момент была младшим сержантом угрозыска, и потому без проблем сумела оформить опекунство над тринадцатилетней Ларисой. Жили мы ладно. Ссорились по мелочам, но всегда помогали и поддерживали друг друга. Лара прилежно училась, мечтала и… И ближе к совершеннолетию становилась лакомым кусочком для мужчин. Мои кавалеры это отмечали, и не раз ловила их на том, за что паре козлов сломала конечности и нос. Сестре же не только льстило их внимание, но и вызывало странный интерес к противоположному полу старше неё. Опасаясь за нравственное здоровье младшей, приняла решение держать своих мужчин подальше от девушки – пусть лучше гуляет со своими ровесниками. Возможно, именно в этот момент Лариса закрылась от меня и, как человек мечтательный, увлеклась выдуманной любовью и страстью на просторах интернета. Не раз ловила её за просмотром порнографии и чтением сомнительной любовной литературы. Всё это беспокоило не на шутку, пока под конец сестра не украла из семейных сбережений крупную сумму и не уехала в Турцию, сообщив в записке, что нашла свою любовь и собирается выйти замуж.