– В чью честь делегация? – пробасил я, предполагая ответ на свой вопрос.

– В память о погибшем вчера коллеге, – сурово ответил Тагир, сцепив руки на груди. – Точнее сказать, о двух, и всё из-за одной и той же бабы! Хрен с Юсуфом, но Бурак! Это был наш лучший боец. Дава, он не раз спасал тебе жизнь и в идеале выполнял все задачи, даже самые тяжелые, а ты грохнул его из-за какой-то дырки?!

Я криво усмехнулся, явно не радуясь подобной позиции своего главного подельника. Моей правой руки, блядь!

– Не дырки, а невесты, – поправил я, жестко осмотрев присутствующих. – Эта, как ты посмел выразиться, дырка уже завтра станет моей законной женой, в сторону которой вам будет запрещено не только смотреть, но и дышать. Похабить честь её будущего мужа вздумали? Бурака мне искренне жаль лишь за то, что он не знал этого нового правила, за то теперь вы не просто в курсе, но и смогли увидеть наглядно мою позицию. Ещё вопросы?

Парни мотнули головами, спрятав свои петушиные хвосты и словно стали меньше ростом. Правильно, устраивать мне тут бунт на корабле с лозунгами возмездия я не позволю.

– Отлично. Теперь за работу, – и разбив собой их своеобразную стену, направился к выходу.

Дождался, когда Тагир сядет на пассажирское сиденье, и рванул спорткар с места. Ехали молча, пока ближе к докам друг не решился нарушить тишину.

– Я не думал, что ты так серьёзен в отношении Михеевой.

– По-твоему я позволю кому-то из вас надеть на меня рога? Эта фараонша как моя проблема, так и будущая супруга, которую каждому из вас придётся уважать, хотите вы того или нет. Смирись. Да, вчера я убил Бурака из-за неё, и мне правда жаль, но в тот момент, когда он был уже готов присунуть моей женщине, увы, я плохо себя контролировал. Пойми меня, как мужик!

Тагир умолк и по глазам понял, что тот солидарен со мной, хоть и осуждает. К чёрту!

КПП к корабельному доку прошли без проблем, так как служивый просто обязан знать меня в лицо. Контейнеры с моим товаром швартовали обычно к самому крайнему, где верховодил Лудо. Этого парня я можно сказать выходил и вырастил с соплячества. Его мать и отца убили люди Бесноватого, а шестнадцатилетний пацан смог скрыться в одном из доков. Тогда я едва не продырявил ему башку, решив, что он крыса во всех смыслах, но дальнейшая беседа убедила дать мелкому шанс, о чём ещё ни разу не пожалел. Лудо оказался сноровист и умён, а также предан хлеще любой собаки. Теперь этот шкет заправляет моими доками, тщательно отслеживая трафик и отводя фараонов.

– Как дела? – вместо приветствия произнёс я, заметив его тощую и ссутуленную фигуру.

– Это ты мне ответь, Дава, – нахмурился он. – Все графики вышли из строя. Едва успеваю легавым напевать колыбельную, а ты учудил тут такое! Живой товар с нашего дока должен только отбывать, а не прибывать. Кто эта девка?!

– Не твоего ума дело, – спокойно ответил я, натянуто улыбнувшись. – Это внештатная ситуация, и больше не повторится, не ссы.

– Пошёл ты, Дава, – обиделся шкет. – Потом не ной, когда фараоны за задницу схватят.

– Я понял-понял, – капитулируя, поднял вверх ладони. – Где товар?

Лудо вспыхнул и, сдавшись, повёл вглубь дока.

Сестру Ады запомнил хорошо, так как именно я был для неё главной легендой и героем-любовником, ради которого эта наивная дура обманула сестру и приехала в Турцию. Тогда думал поразвлечься с ней, но девчонка взболтнула, что девственница. И вот тут мои игры обычно идут иначе. Девственница на чёрном рынке стоит всегда дорого, поэтому портить дурынду не стал. Нашёл покупателей и отправил на главный аукцион живым товаром под Кипр. О том, что Михеева сестра легавой узнал после, когда фараонша села на хвост. А это полный трындец моему бизнесу!

Увидев меня снова, Лариса занервничала. Кляп во рту мешал ей говорить, а связанные руки и ноги двигаться.

– Ты вытянула счастливый билет, – скривился я, глядя на родную сестру женщины, что невольно разбередила что-то глубоко внутри меня, камнем таща на дно. – Сейчас ты тихо и смирно поедешь со мной на встречу со своей грёбаной сестричкой. Ясно?

При слове сестрёнка, Михеева замерла, а во взгляде уличил радостный испуг. Девчонка учащенно закивала, пискнув в кляп. Вести девушку через КПП связанной само собой было негоже, поэтому прочитав ей все необходимые инструкции, освободил. Лишь моя рука, больно сжимающая её локоть, не давала девчонке забыться.

– Ада здесь? – не своим голосом спросила Лариса уже в машине, глядя на меня в зеркало заднего обозрения. Девчонка дико боится, и кажется не меня. Да, и я её прекрасно понимаю, Михееву-старшую лучше не злить и не огорчать, если хочешь выжить.

– В моём доме… Жаждет увидеть любимую сестрёнку, при чём настолько, что пришлось возвращать тебя с половины пути.

– Она очень сердится? – вдруг спросила девушка настолько жалобно, что я и Тагир не сдержались от тихого смешка. Да, с Адой и мужик в доме не нужен.