– Но я ни разу не соглашалась! – так сама Джулия всем, с усмешкой, постоянно говорила. Как она то и дело отвергает постоянных клиентов, что её в магазине не менее постоянно домогались. Угрожая перестать быть её клиентом и покупать жене эти столь дорогие «игрушки». Предлагая ей со всем этим «поиграть» – в куклу. Которую можно одевать и раздевать. В комнате для переодевания. Да, на это она была ещё согласна. Ведь нижнее бельё в магазине «Невинная» стоило просто чудовищно дорого! А она зарабатывала на комиссионных. Но ни к одному из них так и не поехав.

Хотя (её) Зевс и видел по её зрачкам, что она откровенно лжёт. Но ни разу Марсу об этом не сказал. Надеясь когда-нибудь начать Джулию этим шантажировать, купив для Юлии бельё, и затащить в постель.

А потому-то Марс прекрасно Зевса понимал. Ещё в первый же день, как только увидел его с Юлией, а точнее – с её не менее большой грудью. И потому не задавал столь же наивных вопросов, как его брат-близнец Джек. Девушка которого не обладала ни чем, столь же выдающимся. Вперёд при ходьбе, как у Юлии и Джулии.

Поэтому Джек и считал эту тему для себя не столь важной. Стараясь вообще не заострять на ней внимания. За её отсутствием у его девушки. Чтобы лишний раз не бередить душу. Или кое-что другое – на подругу его брата? Как знать. Кого он себе представлял во время секса со своей девушкой.

– Ты опять мучаешь девушек, заставляя их худеть? – усмехнулся Марс.

– А что делать? Не поглощать же мне их сырыми? – усмехнулся Зевс. – Для секса мне их приходится тщательно готовить.

– Чтоб затем их не менее тщательно отжаривать?! – усмехнулся Джек. И хлопнул свою девушку по заднице!

Поэтому как только они отплыли подальше, и Юлия расслабилась, Зевс вспомнил о Джулии, догнал её и спросил:

– Ты занималась когда-нибудь сексом прямо в воде?

– Нет, а что?

– Может, попробуем?

– А мы не утонем?

– Так давай это и проверим, – усмехнулся Зевс. – Тут невдалеке есть песчаная коса, которая уже находила однажды на мой «камень». Там нам будет по грудь. Сплаваем?

И занялся сексом прямо в воде. С «Джулией». Хотя соленая вода и проникала прямо в неё и мешала им это делать, разрывая транс и возвращая его к Юлии, смывая её влагу и создавая эффект наждачной бумаги.

– Нет, не интересно, – решила Юлия через минуту. Перестать играть «в Джулию».

– Хорошо, продолжим тогда в машине. Моя куколка!

И они поплыли обратно. Не опасаясь того, что пока они тут плавают, кто-то угонит на берегу его машину, так как ключ зажигания он давно уже привязывал к завязкам плавок, которые он именно для этого такими и покупал. Поверх стандартной резинки. Дабы их не срывало, когда их обладатель купался в волнах. Как до этого с Зевсом уже не раз происходило, пока у него были обычные плавки без завязок. И он начинал мучительно их искать, ныряя в волны и сверкая задницей. На потеху публики. Поэтому-то теперь в выборе плавок был уже более осмотрителен, уже понимая, чем ему это грозит.

С берега – пальцем очередной пожилой бесовки.

Встававших со своих покрывал чтоб на это поглазеть.

И сразу же направились к машине. Провожаемые ещё более завистливыми взглядами бесовок и сатиров, уже понимавших, чем они там займутся. Так как домой ехать было слишком рано. И у них оставалось ещё несколько часов чтобы это доказать.

Хотя больше, чем полчаса, Юлия просто не выдерживала и стонала о том, что ей слишком жарко. И они выходили. Окунуться и охладить свои разгорячённые тела. Чтобы с новым восторгом ребячества направиться к машине.

Чуть обсохнуть около неё на покрывале и поднабраться от окружающих бесовок и сатиров энергии восхищения и откровенной зависти от того, насколько они молоды, полны жизненных сил и по-настоящему прекрасны!

Ровно настолько, чтобы тут же уединиться в машине и всем это ещё раз доказать.

Наблюдавшим, как равномерно покачивается их машина. На глазах у всех! Прямо недалеко от того места, где они и загорали, так как машина у Зевса тогда была не менее всемогущей – с приводом «четыревезде». «Кариб» с механической коробкой передач и шестой пониженной скоростью, приспособленный производителем как раз для этих целей. Чтобы вызывать всеобщее восхищение не только тем, какая эта машина надёжная и красивая, но ещё и тем, что в ней регулярно происходит, раскладывая салон именно для этих целей. Снова и снова повторяя в ней, как на уроке геометрии, доказательство этой «теоремы». После того как Зевс узнал из фильма «Формула любви», что «любовь – это теорема, которую надо постоянно доказывать». И всё выводил (и вводил) эту формулу. На песке жизни.

На котором и стояла сейчас его машина. Для не менее потрясающих доказательств. Того, что он действительно любит Юлию.

А не в мечтах! Как все окружающие их сатиры. Вздыхая о ней у себя в воображении.

Поэтому когда Васаби позвонил её бывший шеф, Ганеша, желая чтобы тот стал реально бывшим, тут же ей сказал:

– Так! Чтобы я о твоём шефе больше никогда не слышал. Скажи ему, чтобы он тебе больше не звонил, и положи трубку.