— Война была настолько страшная, что цивилизация сохранилась чудом. — возразила мне Эт.

— Значит, сама война и была попыткой чистки. Давай предположим, что и организаторы чистки и те, кто спровоцировал бойню — одни и те же люди. Что получается?

— Эльфы? — предположила Эт.

— Нет. Эльфы — это лишь инструмент. Да, многое делается их руками, но видение показало нам, что существует и более крупный игрок. И этот персонаж маниакально занимается одним и тем же миллионы лет. Зачем?

Если бы он был сумасшедшим, как тот кмэл, который используется в качестве оружия, то это всё давно бы закончилось. Сумасшествие и длительное целенаправленное действие — противоположные вещи.

Предположим, что организатор чистки — вменяемый человек, цели которого разумны. Для чего ему может потребоваться уничтожать жизнь на всех планетах подряд?

Сумасшествие мы отбросили. Что ещё? Какое-то религиозное действие? Но религия едва ли сможет сохраниться настолько долго. Просто ненависть? Крайне маловероятно.

Нам нужно рациональное объяснение. Кто-то хочет очистить все миры от жизни. Чтобы что? Вот он остался один во всей вселенной и дальше для него откроется какая-то возможность? Что это может быть?

— Не знаю.

— Маловероятно, что цель, к которой этот загадочный некто стремится, становится доступной только после устранения всех людей. Выходит, он желает пользоваться или владеть чем-то в одиночку. Люди — это конкурент для него. Может такое быть?

— Конкурент? В чём? Для чего?

— Есть какая-то тайна. Если люди будут развиваться, то неизбежно разберутся и с устройством пирамид и с Орион-1024 и с много ещё чем. Восходя по этой лестнице, они непременно разгадают и эту тайну. Когда это произойдёт, тот, кто ей теперь обладает, потеряет на неё монополию.

Именно поэтому он всячески желает устранить всех возможных конкурентов. Если эта гипотеза верна, то цель чисток — остановка развития.

Правдоподобно?

— Не совсем. Если так, то вашу Землю давно бы очистили. Технологии, что мы с тобой развиваем, Рее недоступны. При этом они очень похожи на технологии древних: Орион-128 — пусть и простой, но всё-таки аналог компьютера в пирамидах.

Тайна, о которой ты говоришь, очевидно, была разгадана древними. Следовательно, если сравнивать Рею и Землю, то Земля опаснее для этого злодея. Её он должен уничтожать в первую очередь.

— Хгм… — задумался я, — На Земле очень жёстко ограничена магия. Возможно, эта тайна может быть обнаружена только на дороге, где есть магия?

— Возможно. — пожала она плечами.

Рой

У-201. Да, меня именно так и зовут: У-201.

“У” досталось мне от родителей. А номер… Номер, в общем-то, тоже от них, но не совсем.

Дело в том, что хоть мои… нет, наши родители очень ценили математические знания, увы, они не передали их нам в достаточном количестве. Даже Наставник владел лишь небольшим объёмом таких навыков. Однако поскольку его уровень со временем рос, то и те, кого он обучал позднее, оказались более развиты.

Родители и Наставник требовали от нас держаться друг за друга и всегда помогать любому члену семьи. Поэтому, когда выяснилось, что очередной из братьев владеет счётом, мы переняли эти знания от него и попытались восстановить хронологию нашего появления. Так, в моём имени возникло число — 201.

Увы, точный порядок нам неизвестен. Да, может быть, я появился на свет не двести первым по счёту, однако есть несколько важных вещей, которые наши родители вложили в нас. И одна из них состоит в том, что пустые споры — это плохо. Поэтому не так уж и важно, действительно ли я был двести первым или нет, я — У-201, и точка.

Понятие “плохо” и понятие “хорошо” — часть того, что досталось нам от родителей. Вероятно, никто не сможет сформулировать: “что такое хорошо” и “что такое плохо”, однако кусочек памяти родителей живёт внутри каждого из нас и помогает делать тот или иной выбор. Когда требуется определить: “хорошо?” или “плохо?” мы обращаемся к этой частичке.

Вместе мы — Рой, а по отдельности каждый помнит одного или двух родителей, а ещё — Наставника, от которого получили знания.

В этом мире нас триста шесть. Рой — единое целое, и может показаться, что все мы одинаковые, однако это не совсем так. Например, я — уникум. Таких больше нет. Вернее, почти нет. Почему почти? Потому что мы владеем информацией только об этом мире, а происходящее в другом, увы, — неизвестно.

Каждый из нас появился на свет по воле одного или двух сознаний. Именно их мы называем родителями. Часто дело обстояло так: одно сознание давало нам жизнь, а другое — наполняло её смыслом. Затем, появившуюся личность передавали Наставнику, который делился с нами своими знаниями.