— Там была засада, — сказал Турмалин, — Аморат уже ждал нас. Его тьма гнула нас с Ланнаром к земле, заставляя покориться, склониться перед ним. От нашего Бога-Покровителя мы узнали, что род Чёрных Алмазов использовал свою силу, чтобы заморочить всех демонов, уверить нас в том, что они — единственные наши Правители. Мы уже знали это и смогли сбросить дурман. Рядом с троном предателя стояли все присягнувшие ему: трое Изумрудов, два оружейника Янтаря, пятеро Чёрных Алмазов. Были там и личи и зомби. Донну держали в дальних помещениях, оставив поблизости лишь троих — главу порта и двух глав, торговой и рыболовной гильдий. До определённого момента Мора просто говорила с Аморатом, но предатель сделал ошибку, показав ей её младших. Истерзанные, избитые, в зачарованных ошейниках и наручниках, с выпитыми до капли аурами, они мгновенно вызвали в ней безумный гнев. Вы знали демона по имени Асанти? — спросил он саашту и воронов. Демоны тоже оживились, особенно древние, старые главы кланов.

— Да, — сказал Понит Берилл. Ещё не стар, но пожил уже долго, да ещё и выжил при правлении многих Чёрных Алмазов, что показательно, — Он искал всегда и везде всё о драконах. Чёрные Алмазы считали его выродком, хотя он был лучше их всех вместе взятых. Мы часто с ним говорили, обсуждали мои изобретения. Асанти с печалью уверял меня, что у него всё в порядке, но таял с каждым днём.

Понемногу, всё смелее стали вспоминать демоны, что знали и слышали о моём отце. После рассказа Эмиасса они стали с надеждой и благоговением смотреть на меня, на моих спутников. Шпионы из Авантюринов гадали, нужны ли они теперь правителям, ведь искать для меня врагов теперь не надо, да и наши соседи уже не будут ничего скрывать. Сильные воины всегда нужны, особенно, если нам не удастся позвать драконов и доведётся самим отвоёвывать Руанави.

— Мы видели его пару раз. Тихий, мечтатель. Аморат относился к нему не в пример лучше своего деда и отца. А почему вы спрашиваете? — спросил ворон.

— Потому, что Асанти — настоящий отец Моры! Мы не знаем, как именно он встретил её мать, специально ли связался с девушкой из такого далёкого от Атрауна селения, чтобы Аморат не добрался до неё. Он оставил ей свои книги, заклял их на крови для передачи сил и знаний. Маленькой Мора была одинока и ненавидима своими сородичами — авайками. Мать шла на поводу у всех и не замечала её, дав абсолютную свободу действий, вплоть до убийства девочки. Магистр Давасс, прибывший в посёлок для найма корабля, спас её от гнева старосты. В тот роковой день его сын, Вэльян убил её единственного друга — змею Нюю. За это Мора, не понимая, какой силой владеет, сделала из него зомби, наложив первое и такое сильное для маленького мага проклятие. От расправы её отделяли считанные часы, и она поступила единственно-правильно — она попросила магистра забрать её с собой в Школу магии в Матроссе. Какое счастье, что добрый, невероятно отзывчивый и порядочный магистр Давасс не бросил её и увёз с собой!

— Но зачем Аморату было делать вид, что вы его дочь? — спросил Наракк. Сидящий рядом с правителем и его женой Марак не сводил с меня пристального взгляда. Подняла бровь и кивнула на наследника с невестой, которые нет-нет да и прикасались друг к другу, то рукой, то ногой. Девушка алела щеками, а Латакк тоскливо вздыхал. Марак откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. Мало? Что ещё? Гневный взгляд в сторону рыжего. Асунат? Я сама разберусь с этим! Психанул, отвернулся.

— Я могу лишь догадываться… — начала я. В горле рождалось рычание бешеного зверя при любом упоминании предателя, — Дело в том, что он был у меня ночью перед отплытием. Мы стали близки… Я понимаю ваше отвращение и осуждение, но тогда я была сама не своя. Он рассказал мне об Асанти, не всё, только то, что счёл нужным. Его тьма показывала хозяина только с положительной стороны: будто бы он влюблён в меня, даже предложил союз после победы… Думаю, он и не догадывался, что я узнаю правду. Если бы не Лонрашш я так и не узнала бы о том, кто мы на самом деле.

Поскольку я замолчала и замкнулась в себе ещё больше, а собравшиеся требовали продолжить рассказ, слово вновь перешло к Эми. Рыжик медленно, но верно отползал от меня подальше. Наконец он решил, что достаточно далеко отодвинулся, чтобы не видеть меня, и перестал скрежетать стулом по камню. Да, тебе неприятно слышать это, но я уже ничего не могу сделать. В утешение правителю тут же поспешили две вдовы. Обе светловолосые, высокие и такие опытные двуличные твари, что меня даже перекосило от приторности их восхищённого заискивания. Нет, я не стану мстить и против не буду. Я не люблю его…

— Мы сражались с демонами и нежитью, а Мора сцепилась с Аморатом. Возможно, ей суждено было проиграть, да и нам тоже, но произошло кое-что, изменившее ход сражения: засиял браслет с сиамари, хранящий в себе яйцо дракона! Малыш отдал много сил на помощь своей второй матери: он заблокировал тьму предателя и позволил ей победить! Перед тем, как расправиться с ним, Мори спросила его, за что он убил Асанти. Аморат ответил, что её отец уже докопался до правды, почему ушли драконы и откуда такая сила и власть у рода Чёрных Алмазов. Терпение! Мы расскажем вам правду, но дайте закончить… — отчаянно просил Турмалин правителей и магов, стражей и простых жителей Стамады умерить своё любопытство, — Предатель клялся, что любит Мору, что Нурлак отдаст им целый мир на откуп, только она должна родить ему сильных детей. Мора вырвала его сердце, показала ему Венец и насладилась последним его ужасом. Потом мы вызволили доннийцев, Мора освободила Суана и Алиота от пут. Мы вернулись на корабль…

— Так что насчёт Чёрных Алмазов? — напомнил Ваоран, — Что сказал ваш Покровитель?

— И что с остальными. Мы успели отозвать своих, дождались прибытия всех беженцев, которые связались с нами по маго-шару, затем сразу закрыли Долину, — дополнил вопрос Правитель Стамады.

— Лонрашш навёл меня на мысль, что мой род… точнее род Амората получил власть обманом и кровью, а Венец показал, как всё было. Сначала я получила видение на Острове Полёгшего Дракона. Огромный сиамари, хранящий память Повелителей Неба, показал мне, как изгнали драконов, — на вопрос Эмиасса, можно ли ему показать всем моё видение, я согласно кивнула. И тогда он развернул проекцию моих воспоминаний. Все поражённо застыли, увидев жестокую бойню в Источнике, — Этот силуэт не кто иной, как мой далёкий предок, не особо сильный некромант из небогатого рода. Тогда некроманты не были так необходимы, и их презирали, их услуги мало кому были нужны. На беду драконов, у этого демона был ещё и сильный дар Эмпатии: он с лёгкостью передавал свои эмоции окружающим. Правда или нет, но Аморат сказал, что ему отказала в близости драконица Алуя…

— Алуя? — глаза Оворна выдали перемену в нём. С нами снова дракон, — Да, она и не могла иначе! Она носила малыша, а оборачивалась только для купания в любимой заводи у Туирсских гор, это место недалеко от земель, которые мы отдали вам.

— Этот отказ взбесил его, и демон решил отомстить. Не долго думая, он полетел к Источнику… Дальше вы видели. Заклятие на крови с лёгкостью поставило печать на наш мир. Эми, теперь то видение, где пал Повелитель, — попросила я демона, — Драконы не понимали, что происходит: они ощутили чудовищную боль от гибели женщин и детей, как мир выталкивает их, чья-то воля не даёт и шанса противопоставить ей свою магию. Повелитель телепортировал Венец в Пещеру Испытаний, надеясь на помощь достойного, того, кто снимет запрет. Недавно стала известна ещё одна деталь этой загадки… Оворн был в числе тех драконов, что мелькнули в видении. Он — единственный наследник Повелителя! Повелитель и есть тот дракон, кто перенёс сюда, в наш небольшой, но до недавних пор спокойный и уютный мир и демонов, и саашту, и воронов, и сорхитцев с даархитами. Если ты считаешь нас достойными знать правду, Оворн… расскажи нам, почему твой предок сбежал из вашего мира!