Они с Рэдом торчали в офицерской палатке, куда их отправили за указаниями, мерно пережёвывая припасённый кусок белкового концентрата, смотрели в потолок, разговаривали ни о чём.

— Скоро будет очередной отсев, поверь на слово.

— С чего решил?

— Гоняют. «Бери то, принеси сё». Проверяют. Чихал я на их проверки, а ты?

— Не знаю, не заметил, сейчас сержант не так зверствует, — задумчивое ковыряние носка форменных ботинок-вездеходов, взгляд куда-то вверх. — Нас только треть осталась, теперь не отсеивать, с нами только плотнее работать будут. Новый инструктор всё ходит и советы даёт. Скоро нас в другой лагерь переведут, а там, говорят, всё — как на научной кафедре, лекции и стерильная чистота.

— Если бы. Ещё сильнее, небось, гонять начнут. Думаешь, нас в один Манипул запишут?

Слово «манипул» у Джона получилось с заметно большой буквы. Те несколько человек, что попали сюда из действующих частей Планетарного Корпуса, довольно быстро отчислились, потому что так и не смогли сжиться с необходимостью разделиться со старыми товарищами. Попасть сюда со своим манипулом было нереально, слишком жёсткий был отбор. Здесь их, хочешь не хочешь, должны были выковать заново, по новым, ещё более жёстким, чем во флоте или десанте правилам.

— Думать можно что угодно, начальству виднее, оно пуская и решает. Ты присматривайся, с кем в задание посылают или с кем в паре тренируешься постоянно — вот и первый кандидат. Но всё равно — раньше чем через год манипулы формировать не станут.

Диалог очень точно воспроизводил размеренно-протяжный, рассудительный ход мыслей, что нередко посещали их головы в то время. Подобная внешняя расслабленность, однако, никак не сказывалась на их постоянной готовности бежать, куда прикажут. Это был такой способ защиты от ежедневной психологической и физической нагрузки, которой их непрерывно подвергали.

Рэд расслабленным движением стянул со стола банку кофейного концентрата, прижал пальцем в сенсоры обогревателя, со вкусом глотнул и вернулся к процессу задумчивого изучения ссадины на собственной лодыжке. Наличие последней удивляло больше Джона, чем обладателя травмы. Рэд никогда не ошибался. Точнее, почти никогда.

— Как думаешь, опять сегодня на скалы? У меня после них результаты вечернего тестирования хуже выходят. Устаю.

Ещё одно открытие.

— Не знаю… — протянул Джон. Зевнул и добавил: — Хотя куда ж ещё, тут кругом — один колотый булыжник. Или хвощовый бурелом.

В палатку вбежал их давний приятель-курсант Генн Мэтрук, который происходил из мира с непроизносимым названием Гэл-Улоуа-Гнитче, кажется Сектор Ксилтойи. Генн был привычно взъерошен и непривычно деловит, аж вспотел.

— Вопрос! Где сержант Синао!

Согласно известной привычке десантника, вопросительная интонация у него стала отчётливо восклицательной.

— Нет сержанта, сами его ждём. Присаживайся, глотни, он сказал, всем его ждать здесь.

Генн несколько раз для порядка обернулся, как бы разыскивая пропавшего сержанта, после — столь же вольготно развалился рядом.

— Говорят, на той неделе увольнительную дадут, всему отряду. Сорок восемь часов «на посещение культурных достопримечательностей».

Ага, и разграбление города.

— Откуда информация?

— Из надёжных источников. Сэмми своими глазами видел полковником подписанный приказ.

— Хорошо бы, например на охоту слетать… Местные хищники вместо опостылевших рож, чем не вариант.

— Это каких? Уж не нас ли с Рэдом ты имеешь в виду?

— Да хоть бы и вас. Человеку нужно что? Отдыхать от коллектива на природе. Чего ж ещ…

Все трое навытяжку замерли пред входящим сержантом. Врасплох их застать не удавалось никому. Идеальная выправка. Глаза на выкате от усердия.

— Что вы тут прохлаждаетесь, когда я вас у казарм жду?

— Приказ был ждать здесь, сорр!!!

От крика трёх глоток дрожал потолок.

— Хм. Тогда слушайте вводную.

Сержант принял надлежащую позу и, недолго думая, заорал так, что прежние их крики показались теперь жалким писком:

— Курсанты Ковальский, Алохаи, Мэтрук!!! Приказываю доставить! Маршрут: склад — «скала кобольдов»! Груз — А57КС стандартной комплектации! Выполнять!!!

— Апро, сорр!!! — восторженно проорали они пустому месту — сержант уже благополучно отбыл по своим делам.

Причин для восторга, однако, было мало — А57КС, в просторечии — «свинья», был бесформенной угловатой асимметричной тяжеленной глыбой, если и рассчитанной на какую переноску, так только не при помощи человеческих рук и ног. И не втроём. Безнадёжно прождав вероятной подмоги в течение пяти долгих секунд, трое разочарованной рысью направилась к складу. При этом по пути Генн и Джон привычно вполголоса ругались, Рэд — так же привычно молчал.