— А вот это как-то не по-следовательски, — во мне вдруг проснулась жажда справедливости.

Полина согласно кивнула и посетовала, что мы забыли купить попкорн у входа, потому что такое шоу можно увидеть только раз в жизни.

Но в тот миг набежали трое инспекторов ППС, маньяка скрутили и быстренько увели, оставив нас в компании злющего, покусанного и немного помятого Макса, который шипел и ругался как сантехник с глубокого бодуна.

Пришествие Макса было неожиданным — даже больше, чем появление из кустов голого мужика в плаще.

После занятий мы с Полиной решили прогуляться в парке и поболтать. Наш строгий профессор уголовного права под кодовым именем Бубузяблик планомерно расшатывал нервную систему моей подруги, и ей настоятельно требовалось выговориться.

Меня тоже шатало и штормило, но в сторону оперуполномоченного Громова, который оказался близким другом «уголовника», но об этом мы узнали только вчера, в травмпункте, куда привезли двух драчливых кошек и по совместительству почитательниц Руслана Евгеньевича.

Полина взахлеб рассказывала об «уголовнике», я делилась своими душевными терзаниями в отношении опера Громова, когда из кустов совершенно неожиданно выпрыгнул маньяк.

Мы с Полиной даже не испугались. Первые секунд тридцать мы продолжали делиться новостями, не обращая внимания на то, что нам, собственно, демонстрировали.

Нам на криминалистике и пострашнее вещи показывали…

— Мужчина, застегните плащ, замерзнете, все самое стратегическое отвалится, — посоветовала я, когда, наконец, сообразила, кто перед нами.

Полина была зла, поэтому просто припечатала:

— Никто даже не заметит. Гордиться-то нечем.

Кажется, мужик немного обиделся. Запахнул полы плаща, развернулся и тут же угодил в заботливые объятия непонятно из каких кустов выпрыгнувшего Макса.

И мы думали, что следователь мгновенно скрутит маньяка-эксгибициониста, но что вышло, то вышло…

— Макс, ты герой! — патетично начала я, — так сражался…

Макс зло покосился на меня, а я прикусила язык. Я думала, что товарищ следователь навсегда оставил меня в покое после мною же организованного свидания его и Гения. Он не звонил, не писал и никак мне не досаждал. Настолько, что я совсем о нем забыла. А вот он, к сожалению, меня помнил и, кажется, злился.

— Здесь стойте обе! — рявкнул Макс, отряхнул куртку и пошел куда-то в сторону молодых парней с мобильными телефонами в руках.

Не иначе как избавлять себя от возможности стать звездой социальных сетей.

— Какой грозный, — буркнула Полина.

— Его только что почти голый мужик покусал, прояви немного понимания, — хмыкнула я.

А потом гулко сглотнула, когда заметила приближающегося к нам Громова.

Гений расслабленно шагал по аллее, не сводя с меня взгляда ни на секунду.

— Пельмешка, — радостно пропел Чингачгук, — я все пропустил, да?

— Да, — прошептала я, потому что голос вдруг решил, что осипнуть — самое подходящее время.

— Полинка, привет, — радостно отсалютовал подруге опер. — Как дела у Бубузяблика?

— Сам спроси, — пробурчала подруга, мгновенно становясь мрачнее грозовой тучи.

Гений оценил обстановку и предложил:

— Пойдемте, девчонки, я вас мороженым угощу. Полинке две порции, а то лицо такое, словно ей вместо нормально обеда лимон дали.

Мы все дружно забыли о Максе, но следователь снова неожиданно возник на аллее, преграждая нам путь.

— О, Макс, и ты тут, — Гений сделал вид, что оказался в нашей компании совершенно случайно, а не приехал поглазеть, как позорится его коллега.

— Лиля! — рявкнул Макс так, что мы с Полиной подпрыгнули, а Гений нахмурился, мужественно закрывая нас своим телом.

— Я, — недовольно протянула я, — ты как здесь оказался? Снова сбегал из очередного храма удовольствий?

Макс нахмурился, Гений пытался удержать лицо, чтобы не засмеяться, а мы с Полиной переглянулись.

Макс, недолго думая, достал из кармана телефон и включил запись. Ту, на которой задумчивая и решительная я вершила несправедливость. То бишь пихала визитку следователя под дворники битого внедорожника.

Упс!

У меня сердце пустилось в галоп, руки задрожали, а Полина на всякий случай достала мобильный, дабы срочно вызывать к нам адвоката Логинова.

— Это что? — рявкнул Макс, не обращая внимание на то, что Гений ну очень нехорошо на него посматривал.

— Видео, — пожала я плечами.